Хорошо забытое старое

— Я иногда думаю, не запер ли кто в своё время в какой-нибудь ящик моего хозяина, — грустно заметил Кот и опять исчез.

Алиса подождала немного, втайне надеясь, что он снова появится, но Кота все не было, и она пошла в ту сторону, где, по его словам, жил Очумелый Заяц.

"Шляпы я и раньше видела, — думала она, — а Заяц, конечно, намного интереснее! А потом, ведь сейчас май месяц, а не март, — может, он уже поправился, стал нормальный..."

Тут она подняла глаза. Перед ней на ветке опять сидел Кот.

— Как ты сказала: "да уж" или "замуж"? — с живым интересом спросил он и улыбнулся.

— Я сказала "да уж", — отвечала Алиса, — и можно вас попросить не исчезать и не появляться все время так внезапно, а то у меня прямо голова кружится!

— Не уверен, что смогу, — сказал Кот. — Это в некотором роде противоречит принципу неопределённости моего состояния, будь он неладен... Впрочем, почему бы не попробовать? Пускай насчёт теоретического обоснования голова болит у Эрвина. А я просто кот.

И на этот раз он действительно стал исчезать по частям, не спеша: сначала пропал кончик хвоста, а потом постепенно все остальное; наконец осталась только одна улыбка — сам Кот исчез, а она еще держалась в воздухе.

НИИЧаВо, вечер, зима

Вот уже несколько часов старик сидел не шевелясь в кресле руководителя информационного центра. Веки его были опущены, на музыку и галдёж, доносившиеся снизу, он никак не реагировал. На стуле для посетителей застыла симпатичная девушка — в расслабленной позе, с закрытыми глазами.

В чертах её лица угадывалось явное фамильное сходство со стариком.

Чёрный прямоугольник оконного стекла, блестевший между раздвинутых штор, начал понемногу сереть. Праздничный шум на нижнем этаже утих, лишь изредка был слышен гулкий стук пустой посуды: очевидно, люди убирали со стола.

Старик пошевелился, с кряхтением наклонился вперёд и открыл глаза. Одновременно с ним очнулась и девушка. Она посмотрела на деда и задумчиво сказала:

— Какое странное чувство.

.. Наверное, я никогда к нему не привыкну. Ощущать, как по всей планете, покинув гостеприимные дома, тают твои дубли, — в этом есть что-то очень грустное...

— Ничего, это пройдёт, по себе знаю, — утешил её дед. — Зато в массовом сотворении дублей и глобальной материализации предметов в подарочной упаковке у тебя уже давно конкурентов нет. Разве что Федя; ну ещё, может быть, Кристо...

— Никак не пойму, почему папа вышел из игры.