Обстоятельства моих смертей

святые небожители! Хватит пялиться в мой пол!

Мы трое неуверенно подняли головы. Его величество определённо вёл себя странно, принимая нас не в тронном зале, а в переговорной, с открытым лицом, ещё и требуя зрительного контакта.

– Итак. Обвинения очень серьёзные, ты это понимаешь?

Я молча кивнул, чем вызвал у императора усмешку. Он коротким взмахом руки сотворил себе широкое кресло, степенно опустился в него, закинув ногу на ногу. Полы тёмно-синего платья разошлись, открывая нашему взору чёрные кожаные штаны и ботинки для охоты на высокой подошве.

Император смотрел прямо на нас, и взгляд этот не отражал абсолютно ничего. Ну, разве только скуку. Лицо у него было очень молодым, без намёка на морщины. Вот только, в сравнении с фреской, черты заострились, да волосы припорошило небольшим количеством седины. Как-никак, императору давно перевалило за сто.

– Ваше величество, – тихо вставил Лу Сан, воспользовавшись паузой. – Позвольте мне держать слово. Мы думаем, вам грозит серьёзная опасность. Вам и всей империи.

..

Учитель Лин громко зашипел на своего ученика, но император успокоил его, подняв правую руку.

– И какая же? – спокойно уточнил он, почесав бровь. – На дворец нападут мертвецы? А меня и защитить-то некому?

Лу Сан раскрыл рот. Мда... такого поворота событий мы точно не ожидали.

– Думаете, я не в курсе подобных вещей? – лениво усмехнулся император. – Я знаю всё, что творится в моей стране, – он глянул на меня, – и за её пределами тоже. Если вы так переживаете о мертвецах, то можете быть спокойны.

Они содержатся в надёжном месте и полностью подвластны мне.

– Так вы...

– Мой дорогой учитель, – вдруг поменял тему император, – прожил на этом свете почти тысячу лет. Его призывали на небеса три раза, можете представить? Но он хотел вознестись только со мной, он искал меня несколько столетий, ждал, а потом строго воспитывал. Именно он создал орден Фагуанг. И долгое время был его лидером. В ряды светоносных брались лучшие из лучших, сливки духовного общества... А потом они предали моего учителя, предали нас всех: меня, матушку, моего горячо любимого названного брата.

– Император сделал паузу, глаза его странно полыхнули, словно даже прошедшие сто с лишним лет не смогли вытравить из его души остатки боли. – Конечно, предателями оказались не все, но на зачистку ордена ушло почти полвека. "Мёртвое бедствие" было их последним ударом, очень болезненным, надо сказать. Но я вынес из него свои уроки. Я сам приказал отловить хотя бы половину мертвецов.