Обстоятельства моих смертей

Двадцать монет.

– Да, это так, – ответил я.

– Выдаёте какую-то расписку?

Женщина озорно стрельнула глазами.

– Нет. Я оставляю на человеке свою метку.

– Как интересно!

Женщина явно знала толк в обольщении, да и внешность имела приятную, хоть и давно растеряла юношескую прелесть. Я не спеша пил чай, который тоже оказался чудо, как хорош, и думал о том, что хозяйку дома можно назвать даже красивой...

– Тут что-то возбуждающее? – Я заглянул в чашечку.

– А вы наблюдательны... – усмехнулась женщина. – Или у вас настолько тонкий нюх? Не может быть, чтобы вещество уже подействовало.

Настоящее тело и не должно было понять. Но моё было настоящим с большой оговоркой. Как ни крути, воссозданный мною дубликат был хрупким и крайне чувствительным. Быстро распознавал яды и скрытые примеси и развоплощался от любого достаточно сильного воздействия.

– Список моих услуг крайне ограничен, – сухо улыбнулся я. – Сожалею, но физическая близость в него не входит.

Женщина расхохоталась. Потом вздохнула и подперла голову рукой, игриво взглянув на меня из-под длинных ресниц.

– В кои-то веки ко мне зашёл такой привлекательный мужчина – и тот ненастоящий... Хорошо. – Она отодвинула чайничек в сторону, достала увесистый мешочек и положила его на стол. Мешочек заманчиво бряцнул. – Вот оплата. Какую часть предпочитаете для нанесения метки?

– На ваше усмотрение, – ответил я. – Её все равно не будет видно.

Женщина развязала пояс, спустила рукав, оголяя плечо. Я пальцем начертил на её коже свой знак, отодвинулся, взял со стола мешочек и сунул его за пазуху.

– И это всё-ё? – разочарованно протянула женщина. – Похоже, вы меня обманываете...

– Могу и так. – Женщина вскрикнула, схватилась за плечо. – Но очень сомневаюсь, что такое напоминание вам понравится. – И я снял с неё болевое воздействие.

– Тц... – недовольно выдала хозяйка дома, когда её кожу перестало жечь. – А вы довольно безжалостны...

– Поэтому и даю вам шанс. – Я поднялся и низко поклонился. – Благодарю за гостеприимство и чай. Увидимся после вашей смерти.

Женщина коротко, но испуганно хохотнула. Укуталась в кимоно и потупила взгляд. Так и проводила меня до самых дверей, не поднимая глаз.

Солнце уже добралось до верхушек деревьев, новый день обещал быть ясным и тёплым. Хорошо, что начало осени. Не люблю холод, впрочем, как и жару. Понятия не имею, на что было способно моё тело при жизни, но сейчас оно остро чувствовало любой дискомфорт внешнего мира. Поэтому, если я и выходил в реальность, то совсем ненадолго.