Обстоятельства моих смертей

– Дьявольские умельцы ещё и не такое могут. Я несколько раз спускалась в ад, так, ради интереса. Такого насмотрелась... Всё, конечно, за счёт золотых ядер. – Она усмехнулась. – Когда-то мы отняли у них этот мир, и вот плата... знаешь, сколько всего можно сделать из одного-единственного ядра? Тебе не скоро простят того бессмертного.

– В смысле – отняли? – нахмурился я.

– Когда-то пограничье было цветущим садом, полным чудес, – Джун развернулась обратно, поставила локти на стол, – полным магической силы. Много тысячелетий назад демоны выбирались сюда из своего адского мира, потому что только здесь могли колдовать.

Их родной мир слишком хрупок, поэтому демоны вынуждены ограничивать себя во всём, и особенно в магии. Слышала, они даже хотели устроить настоящую экспансию. Но потом здесь появились люди. Не умершие, живые. – Джун сложила кисти, переплела пальцы и устроила сверху подбородок. – Люди смогли выкачать из этого мира всё волшебство, унесли его в свои земли, оставив демонов ни с чем. Ты ведь не думаешь, что демоны пошли на нас войной просто так? На самом деле мы те ещё паразиты. – Она вздохнула. – Жадные, ненасытные твари, думающие лишь о себе.

– Люди уверены, что на свете есть конечное количество благ. И на всех их не хватит. Поэтому готовы бороться за каждый кусок, – вставил я. – Особенно за чужой.

– Это точно! – расхохоталась Джун. – Лучше и не скажешь.

Она пододвинула мне одну из маленьких фарфоровых чашечек, налила в неё чаю.

– Пей. Помню, ты любишь чай. Демоны его не выращивают, а вот мы, духи, иногда таскаем его из мира людей.

Если захочешь почаёвничать, не обязательно подниматься наверх, можешь заглянуть сюда, я предупрежу хозяина.

– А вот за это спасибо, – сдержанно улыбнулся я.

– Вот теперь у тебя хорошая улыбка, – весело фыркнула Джун. – Нормальная, человеческая.

Она тоже налила себе чаю, и несколько минут мы сидели в тишине, наслаждаясь напитком. Потом Джун спросила:

– Как думаешь... если люди получат, что хотят, и даже больше.

.. если они присвоят себе всё... они насытятся? Их жадность пройдёт? Проходит же голод, когда человек наедается до отвала?

– Какой интересный вопрос, – усмехнулся я. – Думаю, жадность не связана с нашими желаниями, она живёт сама по себе. Это как... дыра в животе. Её никогда не наполнишь.

– Звучит не очень хорошо. – Джун как-то мигом погрустнела, словно мой ответ относился лично к ней. – Значит... он обречён?

– Кто?

Она на секунду смутилась.

– ... человек.