Контракт на доставку. Дорога в столицу

Контракт должен быть закрыт иначе смерть, но и выполнить его нельзя, потому что результат тот же. Жизнь, до чего же ты прекрасна! - неожиданно воскликнул Исандро.

– Это вы сейчас к чему? - сухо спросил я.

– Человек, разве ты не видишь, его разум давно уже не с ним, - язвительно вставил Альенали. Слышать из уст эльфа подобную фразу было необычно. Он ведь достаточно терпимо относился к мертвецу. Настолько терпимо, насколько это возможно для эльфа.

– Ушастый, ты не сказал ничего нового.

– Эх, молодежь! - проворчал Исандро.

– Неужели вы еще не поняли, что жить, так прекрасно?

– Я знал это с момента рождения! Только вот судьба вечно строит козни. Она и дух авантюризма, - уныло произнес я. – Но Нальды никогда не сдаются! Поэтому, сейчас надо что-то придумать. Идеи есть? – мой взор устремился на товарищей по несчастью. Судя по их лицам, предложений не было. Оставался еще один участник «похода». Я пнул пяткой Торгерда и обратился к нему с тем же вопросом. Волк демонстративно промолчал и подпрыгнул.

Намек я понял с первого раза, когда чуть не слетел со спины зверя. Ну что ж опять придется делать все самому. Здесь, как не крути, надо ехать к дяде.

– Человек, - прервал поток моих мыслей Альенали.

– Чего тебе, ушастый?

– Почему я не слышу твоих мыслей? – созрел эльф. Вот, значит, что его мучило всю дорогу. Или же он пытался сломать магическую преграду?

– Потому, эльф, что мысли-то мои, и никакое остроухое недоразумение не имеет никакого права их читать, - злорадно выдал я.

– Ладно, перейдем к делу. Через пару часов мы будем в городе. Мне жизненно важно встретиться с моим дядей, и, предваряя ваш вопрос Исандро, отвечу. Пару лет назад вся моя семья была изгнана из Столицы.

– Причина? - с любопытством спросил он. Интересно, будучи духом, инквизитор способен уставать. Он ведь довольно давно летит рядом с волком. В конце концов, я устал от его бесконечных вопросов. В голове крутилась только одна мысль, как мне его заткнуть. Ясно, что в склепе Наркизо он порядком одичал и изголодался без новых впечатлений, но ведь у всего есть предел! У моего терпения он настал.

Но бросив один единственный взгляд на инквизитора, я понял, что ответить придётся.

– Папенька немного начудил, - нехотя буркнул я.

– Соболезную, - довольно искренне произнес он и осенил себя знаком творца. После его действий на моем лице расцвела ехидная улыбка. Церковник решил, что отца казнили. Что ж, вполне логичное умозаключение.