Порядочный хаосит

Так он же дурачок приезжий, что с него взять. На Водовозной поселился. Теперь ездит на этой железке день-деньской туда-сюда мимо моего дома, дудит, курей пугает. Один только раз зашёл поздороваться, принёс мне бонбонерку, на бонбонерке надпись: Самиге Янбасаровне. А я не Самига, а Салима. Дурачок, я же говорю. Дом выстроил с колоннами, выкрасил всё в красный, а в саду – болванов деревянных понаставил. И жена его тоже дура. Одеждой, говорят, торгует. Бабскими пододёвками она торгует. Срамота! Да и вы дурни, что его слушаете.

Время только с вами теряю, а у меня куры некормлены. Думала, вы с умным человеком побеседуете, ума наберётесь. А вы ни штиля не понимаете. Тьфу! Да чтоб вас…

Салима Янбасаровна, что-то бормоча, ушла в сад.

- Ну вот, - сказал Золто. – Чора Кавырлевич Пронатон, Водовозная улица, красный дом с колоннами. Можно было и не бежать никуда.

Я стоял, раскрыв рот.

- Золто, - сказал я восхищённо. – Мы неплохая команда.

- А? – он удивлённо посмотрел на меня.

- Ветра, ты лихо всё узнал!

Золто махнул рукой.

- Делов то. Тут же глушь, все друг друга знают. Узнать про кого-то что-то несложно. Сложнее, чтобы про тебя что-то не узнали.

Где Водовозная улица, Золто знал. На ней селились местные, по выражению Золто, «жилы», то есть, зажиточные граждане. Дом Чоры действительно отличался от остальных. И не только тем, что был выкрашен в красный цвет.

Во-первых, у него не было забора. От дороги землю Чоры отделял не штакетник, а широкая полоса красного гравия.

Во-вторых, перед домом был не разросшийся яблонево-грушевый сад, который разводили здесь обычно, и даже не цветник, а аккуратно постриженный газон.

К дому вела аккуратно посыпанная гравием дорожка, и уже знакомый нам старинный тепломобиль был припаркован у украшенного колоннами портика.

Но самое удивительное, что на газоне, под деревянными навесами, за маленькими столиками сидели одетые в вычурные наряды манекены. Я заметил парочку алых и белых сюртуков, жёлтое коктейльное платье и обшитый галуном мундир.

Всё вместе создавало образ несколько безумного пикника. Я присмотрелся, и увидел, что один из манекенов был облачён в знакомую мне одежду: кожаный плащ, красную куртку и драные коричневые штаны.

Волна облегчения затопила меня. Успели, какое счастье!

- Ногач! – закричал я, всё ещё не пересекая невидимой границы чужой земли. – Эй, Ногач! Привет! Это мы! Мы нашли тебя! Иди сюда!

Ногач повернул голову и помахал рукой, но не двинулся с места.