Порядочный хаосит

И прогуливаться здесь как-то не тянуло. Заповедная земля была скорее огромной ямой, примерно семьсот алдов в поперечнике и алдов сорок — в самом глубоком месте. В центре её располагался Храм — исполинский клубок алых каменных шипов, возлежащий на круглой чёрной платформе из гладкого камня. Вокруг неё, словно гребни волн, расходились кругами изломанные гряды чёрных скал.

По легенде, этот храм некогда упал с неба и своим ударом породил нашу окруженную горами долину. Долину священного города Ван-Елдэр, с его миллионами жителей, широкими проспектами и узкими переулками, кварталами Белого Сословия, лабиринтами подземных уровней и пронзавшими облака двойными башнями кланов Хаоса, на которых растянулись сияющие полотна плетений, денно и нощно извлекающие из мирового ветра драгоценные эссенции – Хаоса и Порядка.

Во всяком случае, так учили нас на истории родного города.

«Ван-Елдэр, Ван-Елдэр, ты мечтаний предел, твои башни – святые мосты в небеса… что-то там, что-то там, кто избрал ремесло – почитает закон, а волшебник в ладонях сжимает огонь».

Вот почему, спрашивается, именно сейчас мне в голову лезет эта чушь?

Наверное, дело в том, что меня судят, как избравшего ремесло. Будь я настоящим хаоситом, был бы поединок– и по его итогам решилась бы моя судьба. Но я упорно отказывался от принятия великой эссенции, и поэтому все, что со мной можно сделать — судить, поскольку в любом поединке с хаоситом я проиграю.

Достали, если честно, с этой эссенцией! Ройт, не хочешь принять эссенцию? Ройт, когда ты уже примешь эссенцию? Ройт, а твои друзья уже все приняли эссенцию, а некоторые даже две! Ройт, я беспокоюсь за тебя! Ройт, ты так и не будешь принимать эссенцию? Ты боишься? Не хочешь поговорить об этом с наставником Эрдом?

У принявшего эссенцию хаоса наступало состояние, известное как «нигредо», «чёрная ночь души», или, по-простому, гречка.

Человек валялся, как труп, при этом его душа переживала некие невероятные испытания, о которых впоследствии никто не мог рассказать ничего конкретного. Продолжительность гречки различалась – от получаса до нескольких месяцев. Многие так и умирали, не выйдя из неё, ещё некоторые становились безумцами. Впрочем, если предки уже в течение нескольких поколений принимали эссенцию, шанс пережить нигредо у детей возрастал экспоненционально – в результате чего, собственно говоря, и возникли великие рода. Среди Айнхейнов последний, эммм, неприятный случай был две с половиной сотни лет назад.