Оберег

Он резко развернулся, хищный, ноздри раздуваются, меч в руке — готов в любой миг врубиться в ряды врагов.

— Что?!!

— Скажи, а ты башню видишь?

— Гм… Отлично вижу, высокая такая, обгорелая… А что?

— И сад видишь?

— Ну да, почти весь выгорел, маленький кусочек остался… Ты это к чему?

— А к тому, что до сада версты полторы, не меньше, а до башни — явно больше двух. Сейчас совсем темно. Мы не должны все это видеть!

— Ну… — в голосе Руслана послышалась некоторая растерянность, — я ж тебе говорил, что после того, как меня убили, а потом оживили, я стал гораздо лучше видеть.

И еще слышать.

— Но меня-то не убивали!

— А ты-то тут при чем?

— Да при том, что я все это вижу не хуже тебя!

— А хрен его знает… Брось ты это, на отдых устроимся, тогда и подумаем. А сейчас дело делать надо. Быстренько тут все осмотреть, если кто враждебный есть — в расход, потом, понятно, пожрать — и на боковую. А во сне можешь порассуждать о том да о сем.

— Ага, поспишь тут, как же! Сейчас ты будешь мужественно сражаться с Черномордом, а я буду на все это восторженно пялиться со стороны, смиренно дожидаясь, пока колдун не разотрет тебя в муку и не возьмется за меня…

— Что-то подсказывает мне, что сегодня драться не придется. — вздохнул Руслан.

— Это почему это?

— Не знаю. — устало отмахнулся богатырь. — Только думаю, придется за этим летучим гадом еще побегать… Ты остался бы в своей хате после такого пожара?

— Это вряд ли… И, кстати, теперь я вижу, куда подевались печенеги… — голос Молчана совсем обесцветился, когда стали попадаться изуродованные трупы кочевников.

— Да-а, лихо он их… Ну, тут и битва была… Не чуешь, когда?

— Чую. Сегодня утром.

— Чуть-чуть опоздали, надо же…

— И хвала богам, что опоздали, а то наши жареные тушки тоже валялись бы здесь.

Они медленно подошли к башне, обошли ее кругом. Не нашли входа, переглянулись, дружно пожали плечами, пошли во дворец.

От огромного строения уцелела только небольшая часть, остальное прогорело чуть ли не до золы. Чем ближе подходили друзья, тем явственнее слышались исходящие из уцелевших покоев хоровые завывания. Руслан напрягся, напружинился, как хищник перед прыжком. Пинком распахнул ближайшую дверь, с полминуты смотрел непонимающе. Потом расплылся в улыбке:

— Э! Да тут сплошные бабы!

Глава 14

Баб оказалось немало, дюжины четыре.