Обычный дом

Обычные (почти) домашние алкаши, каких много. А если не буянят, то и волноваться не о чем. Пусть себе шутки свои шутят, сколько хотят. Разум, конечно, ворчал что-то из серии: «А что, если не шутят?», но я игнорировал эти предположения. Для спокойствия, преимущественно.

Про Антонину Сергеевну пришлось поведать, при том без утайки и про всё. А если про всё, то и про дочурку пришлось, равно как и про пропавшие сорок тысяч. Супруга торжественно поклялась «выдрать патлы этой крашеной с… – она бросила взгляд на дочек и осеклась, – …если она ещё к тебе сунется, пусть только рискнёт!», после чего мы отправились спать.

Решили, собрались и улеглись для этого, во всяком случае.

Меня больше всего смутило в произошедшем одно: месяца ещё не прошло, три дня только с прошлого раза. Так какого, простите, хрена?!

Да, снова вернулись эти клятые шорохи. И не они одни! К ним добавились скрипы, словно бы половицы в дощатом полу скрипят. Вот только какой он дощатый-то, к праотцам, если он бетонный?!

Шёпот тоже вернулся.

При том куда как более настойчивый и отчётливый. А какой бы у тебя ни был характер, каким бы ты ни был бесстрашным — слышать шёпот среди ночи, в кромешной тьме всегда и всем будет страшно! Тем более такой…

Мало того, что он вновь звучал словно бы внутри головы, прямо в недрах, так ещё и резонанс возникать начал. Словно бы эти голоса звучали с нескольких сторон сразу, каждый со своей скоростью, громкостью… одни шептали совсем неразборчиво и медленно, от чего звук походил на едва слышное противное сипение где-то на фоне.

Другие же (несколько одновременно) речитативом, настоящей скороговоркой повторяли фразу с завидной быстротой.

Одну и ту же фразу, Со вех сторон звучало: «Иди ко мне».

Но сказанная сотню раз за минуту, на несколько голосов с разными интонациями, она слилась в единый, бесформенный сумбур, сводивший с ума.

«Иди ко мне. Иди ко мне!иди ко мне…Иди ко мне?И дико мне.

Иди ко мне! и – мне – дико – иди – мне!».

Я не мог разобрать, кому принадлежит этот голос, этот шёпот, но всё продолжал вслушиваться, погружаясь в него в трансе. И мне было дико. И мне хотелось пойти. К нему! К ней? Всё равно… надо пойти. Пойти на голос!

Откуда-то издалека, из темноты, послышался нарастающий женский крик, обратившийся настоящим воем, разорвавшим моё сознание. Я резко сел, приходя в себя.