Изабель и призрачное счастье 3

– Допустим, – осторожно промолвила гномиха, в косах которой блестели нити серебра, видимо это была первая жена. – Но что нам делать теперь с этим сюрпризом? Мы видели, как ты не послушалась нашего супруга, как сбежала. Слышали о твоих похождениях. Так почему мы и дальше должны сидеть за спиной супруга и молча кивать? Мы тоже хотим свободы!

Тут зашумели все четыре жены, и даже правитель за моей спиной заворчал, но Тритон, подкравшись, фыркнул ему так настойчиво, что гном прикусил язык. Или закусил бороду, поди пойми.

– А можно мы зайдем внутрь и там обсудим вашу свободу и дальнейшие перспективы? – крикнула я, стараясь переорать всех и сразу. С потолка, как бы намекая, что мы тут зря шумим, посыпались камешки. Все сразу как-то стихли, затем жены пошептались друг с другом и махнули рукой – входите.

И так первая преграда была взята, нас впустили внутрь. Лично я рассматривала это как победу, повелитель же сопел и ворчал что-то на гномском, и оттого я не могла узнать его мнение.

Идти долго не пришлось.

Сразу за стеной нас ждали все четыре барышни. Едва я и бородач вошли в бастион, как двери захлопнулись, отрезая нас от армии правителя и моего коня. Если без армии я могла прожить, то без Тритона стало одиноко.

– Ну давай, расскажи нам про свободу, – потребовала Атландка, – ты, которую поймал наш муж.

– И расскажу, – уперлась я. – Может, ваш супруг и впрямь не романтичен и не умеет говорить красивые слова, но зато свое слово держит. Вот понял, что вас огорчил мой побег, он пошел и поймал!

– Это так, муж наш? – тихо уточнила седовласая.

– Угу, – буркнул гном.

– А какие лишения он претерпел! –театрально вздохнула я. – Вы знаете, что он сам и его армия ловили меня в гибельных землях? Знаете, что они питались только мышами и слизняками?! Они похудели и осунулись, но не сдались. А вы тут, говорят, трон пилите, ну разве так можно?

– Мы не пилим трон, ведьма, – фыркнула рыжая, – мы делим сферы влияния, нам надоело быть куколками на ниточках.

– Марионетками, – машинально поправила я.

– Да-да, – взвизгнула бледнолицая, – ими и надоело! Я хочу петь, я хочу нести в мир искусство, а в итоге сижу тут в сырой норе и старею!

– Да какой петь… – вдруг забурчал повелитель.

– Вот слыхали! Он меня не ценит! – атландка заломила руки и закатила глаза.

– Прекрати, – третья гномиха, что до сих пор молчала ткнула подругу увесистым кулаком, – но в чем-то она права, – эти слова уже относились к нам. Я вот из семьи золотодобытчиков.