Волчьими тропами

Гладкое, безбородое лицо, светлые густые волосы и искрящиеся глаза, все в нем было красивым, но отталкивающим и неуловимо опасным.

Особенно взгляд. Тяжелый, оценивающий взгляд ясных глаз.

Раньше я и не знала, что такие красивые, невозможно синие глаза могут быть настолько неприятными.

Я стояла на крыльце, за левым плечом вожака, в платье без обережной вышивки, как и должно всякой нечисти. Мне по статусу не полагалось терпеть на себе все эти защитные руны.

Красные волосы огнем горели на солнце, даже заплетенные в тугую косу, они привлекали к себе слишком много внимания.

Цвет не поблек ни на тон и даже не думал сходить с волос, уступая место моему естественному, светло-русому окрасу. Отрастающие волосы были так же красны, как и в первый день после покраски, создавалось впечатление, что эта краска просто намертво въелась в корни.

Никогда раньше я еще не ненавидела так качественную стойкость цвета, как сейчас.

Их княжеское мерзейшество впечатлился цветом моих волос и не сразу даже заметил возвышавшегося рядом выходца.

Зато когда заметил… Мне он просто очень многообещающе улыбнулся, пока его конь медленно вышагивал, поднося хозяина ближе к крыльцу, а увидев Наи, гад сбледнул и удивленно приоткрыл рот.

Всю нудную официальную часть приветствия он косился на такую тощую невидаль.

Светлейший князь Налор — ударение на первый слог, это очень важно, как утверждал Свер — сын покойного Велича, оказался человеком обаятельным, но все равно отчаянно неприятным.

А уж как он смотрел на Наи… Пару раз мне даже показалось, что этой ночью опасаться поползновений князя со всякими извращенными предложениями стоит совсем не мне.

Близкое знакомство состоялось на заднем дворике вожака, среди пушистых кустов давно отцветшей сирени и еще какого-то растения, отдаленно похожего на акацию. Белые цветки и не думали вянуть, несмотря на неподходящее для них время.

Дворик был небольшой, шагов шестнадцать в диаметре, и бо́льшую его часть занимал массивный дубовый стол с двумя такими же тяжеловесными лавками.

Раньше это место мне очень нравилось. Я любила пробираться сюда с чашкой чая и наслаждаться прохладной тишиной летнего вечера.

И теперь было просто невыносимо смотреть, как этот самодовольный хмырь княжеского происхождения садится за накрытый стол, как с видом хозяина осматривает сочную зелень, почти полностью скрывшую от глаз высокий, добротный забор.