Паж его величества

Я упрямо продолжал думать о Мор Ране как о Мор Ране. Возвращаться к своей жуткой догадке мне не хотелось даже под страхом смерти.

Мы прошли еще несколько поворотов и уперлись в стену.

— Тупик? — устало выдохнул Тайран. У него и на злость сил не осталось.

Рисе не обратил на него внимания. Герцог провел ладонями по лицу, приложился к фляжке с водой и хотел прислониться к стене, но Рисе сцапал его за локоть.

— Не надо.

Смерив его мрачным взглядом, Тайран высвободил руку и с подозрением покосился на стену.

— Перевернется, не сомневайся, — сказал Рисе.

— Сделанное нашими руками будет стоять и работать до конца времен, пока все не рассыплется в прах.

Он пальцами ощупал тупик. Потом приложил к ней ладони и замер. Мы ждали. Рисе отступил на шаг, замахнулся и разбил стену кулаком.

Она оказалась совсем тонкой — по сравнению с остальными, конечно — всего в пару пальцев толщиной, и осыпалась кусками к ногам повелителя камня. За ней тоннель продолжался. Не говоря лишних слов, Рисе шагнул в дыру, и мы за ним.

Начинала болеть голова.

Воздух тут застоялся, густой, затхлый. Откуда-то он проникал, но щели были такими крошечными, что за весь путь мы ни разу не ощутили его движения. Самостоятельного движения, я хочу сказать, а не те пыльные вихри, что мы поднимали своими шагами.

Теперь мы все время двигались вниз. Ниже, ниже. Мне казалось, я ощущаю, как все больше камня нависает над нами. Где-то там, далеко, продолжали движение бесконечные коридоры. Гора жила своей искусственной жизнью.

Мы продолжали путь в тишине, пока она не нарушилась тихим, но нарастающим шуршанием.

К нему прибавился негромкий скрежет. Звук шел снизу. Рисе он нисколько не побеспокоил, поэтому и мы не стали ничего говорить.

— Песок? — предположил Тайран.

Рисе остановился. Шорох стал таким громким, как будто тут, глубоко под землей, шумел в преддверии бури густой лес. Коридор оборвался в просторное пространство. Мы выглянули.

Пещера была очень большой, но мы увидели — хоть и очень смутно — другой ее край. И ее… хм… низ?

Она, как чаша, была заполнена песком.

Он низвергался с обоих краев и сверху, утекал куда-то, стягиваясь в воронку. Потоки шуршали прямо у моих ног. Я присел и низко наклонился. Протянул руку.

— Не стоит, — прогудел Рисе над моей головой. — Если не хочешь, чтобы твои пальцы навсегда остались каменными.

Ну уж нет, спасибо. Свою единственную руку я хочу сохранить такой, какая она есть.

— Значит, это не песок? — без особого удивления спросил герцог.

— Текучий камень.