Паж его величества

Не представляю, правда, что бы его удержало. Волчья яма? Так он закопается в нее еще глубже, и до свидания. Даже если кольями ее утыкать, он их скорее сломает своей тушей. Веревки? Если взять достаточно много, может, и получится его стреножить, а там пусть полеживает, пока в камень на свету не обратится.

— Так что, не будешь пробовать? — уточнила Ирия у его благородия. — Тогда мы возвращаемся в деревню.

Тайран запыхтел, не без резона подозревая, что его дурят. Я сам косился на Ирию, но она выглядела серьезной.

Перспектива вот так просто вернуться, не наделав подвигов, хозяина не прельщала.

— А громко призывать-то надо? — уточнил он.

— Можно даже шепотом. Он услышит. Ведь это вызов!

По-моему, ее выдал напыщенный тон. Я не сразу разглядел в темноте, но губы Ирии дрожали от сдерживаемого смеха. Она поймала мой взгляд и подмигнула мне. Сразу как-то легче сделалось. Раз она нашла время шутить, значит, горизонт чист.

А его благородие уже прокашлялся и приготовился, значит, вызов бросать.

Я заметался, не зная, остановить его или нет.

Пусть Ирия порядком потешалась с чувства герцогского самодовольства, но я понял суть ее маневра. Лезть в троллиную нору было сродни самоубийству, что и Тайран безбашенный не станет делать; но и просто так он не уйдет. А значит, оставалось убедить его: не здравым смыслом, так хитростью.

Тай медлил, явно чувствуя себя на в своей тарелке. Он мог бы произнести нужные слова и сидя в укрытии, где мы прятались за валуном, но герцог вышел и даже сделал шаг вперед. Ирия хотела его остановить, но вызов из кустов не бросают, его благородие так вот уверен.

На троллиной тропе гулко грохнуло. Тайран выхватил меч и крутанулся на месте, выясняя, где опасность. Я зачем-то пригнулся, инстинктивно, Ирия, наоборот, вскочила.

Ничего не происходило. Шелестел дремотный ночной лес поверху скал. Бледная, рассеянная лунами темнота колыхалась в небольшом ущелье.

— Тайран! — громко прошипела Ирия. — Не стой на виду!

Он медленно отступил, пятясь к нам спиной. Мы сгрудились у валуна, глядя в три стороны: на тупик, на тропу, и наверх.

— Что это… там такое с дорогой? — прошептал Тай, вытягивая шею.

Я неохотно оторвался от наблюдения за площадкой меж скал и тоже посмотрел. Тропа делала резкий поворот и исчезала за выступом. В темноте было непонятно, вроде ничего не изменилось… пока я не понял: на нее почему-то совсем не попадал лунный свет, как и на ту стену ущелья, что была видна. Точней, лишь ее верхний краешек. Ниже была черная щель.