Тень

Да-а-а…

Вот он и высказал робко пожелание называться не Гурием, а Рупертом (с детства запало ему в душу имя это немецкое), но Наездница не согласилаяся – мол, звучит как-то чересчур напыщенно, не по-нашему, не по-привычному для уха местного жителя.

– У меня идея есть, – говорит Наездница, – Будешь теперь не Плешиным, а целым Плешингом, как на иностранной афишке получится. Гурий Плешинг – это же здорово!

Вот так Хлор Плешка и стал Гурием Плешингом называться в целях роста эффекта коммерческого.

Написали в афише новую фамилию исполнителя романсов и «кренделей с вывертом», но и это не принесло больше хлопанья от зрителей, а некоторые из несознательных даже свистеть начали.

Закручинился тут Г. Плешинг окончательно: «Нету, видать, – говорит, – во мне искорки талантливой, не получается у меня парное выступление. А в чём же причина этого возможная?». Поразмышлял немножко и спрашивает свою напарницу: «А как тебе тень моя несуразная?Может, в ней вся неудача наша кроется?».

– Ой, да брось, пожалуйста, тень как тень, немножко кривоватая, но я такого нагляделась в цирке чудачества, что ничто для меня не удивление, – отвечает Наездница.

Вот на фоне такого фиаско неудачного вызвали Плешинга «на ковёр» к Директору.

А Директор, ему и говорит по-отечески ласково: «Ты парень, вроде, неплохой, но, понимаешь, нет в тебе таланту надлежащего, понимаешь. Ну, что это за кренделя плясовые, что за романсики?».

– Ну чего ты в артисты-то полез, чего там тебе хорошего?

– Я не хотел в детстве стать актёром там или художником, как другие некоторые, но вот эта внутренняя творческая феерия во мне всегда присутствовала, не могу теперь жить дальше без реализации потенции своей творческой.

– Так, ты, понимаешь, найди своё, понимаешь, что-нибудь оригинальное… Чтоб цепляло, понимаешь, человечество за внутреннее, как бы состояние...

И столько было в советах этих директорских мудрости отеческой, что не удержал слезу Гурий и расплакался. А Директор его по плечу похлопывает и платочек свой засморканный протягивает.

Отплакался Плешинг, отсморкался в платочек для соплей и спрашивает: «А могу ли я счас произвести реабилитацию? Так сказать, продемонстрировать свой новый номер под Вашим крылом народившийся?». Засмеялся Директор одобрительно и уселся в кресло в знак согласия.

Гурий сразу приосанился, топнул ножкой, чёлочку взбил свою редкую и запел фальцетом прононсовым про родимый край, про селение горное и про жителей, про их обычаи.