Музыка джунглей

А сбросили её явно сверху. Стало быть, что?

— Стало быть, ещё недавно там кто-то был, — подхватила Джихад. — И не просто был, а лакомился консервами. И этот кто-то, скорее всего, не пешком сюда пожаловал, иначе какой смысл тащить сквозь джунгли тяжелые металлические банки?

— Да, башка у вас варит... Надо бы завтра, если ничего не случится, обойти эту гору кругом. Может, ещё какие следы обнаружатся.

— Случится, — буркнул Иннот. — Говорю же, предчувствие у меня.

Сидеть и ждать нападения было неприятно и скучно. Каюкеры вскоре задремали — все, кроме Громилы.

Солнце стало клониться к горизонту. Иннот вылез из-под брезента, потянулся, сделал несколько движений, разминая позвоночник, и с ухмылкой посмотрел на остальных.

— Ну что, лабухи? А не сбацать ли нам чего-нибудь этакое?

— Чего сбацать? — зевнула Джихад.

— Ну, как чего? Разумеется, джанги! Поторопим немножко наших таинственных консервоедов!

— Сначала чайку попьём.

— Всё-таки вкуснее, чем Афинофоно, никто не заваривает.

— Сейчас он бы нам пригодился... Сразу бы узнали, есть ли кто-нибудь рядом.

— Так это и я могу сказать, — оживился Иннот. — Ну-ка...

Он закрыл глаза и сосредоточился. Зелёные патлы зашевелились, распушились вокруг головы.

— Ух ты! — тихонько удивилась Джихад.

— Поздравляю: мы-таки удостоились внимания. Правда, я не могу с точностью сказать, кто это: человек или зверь. Но если зверь, то крупный.

— И где же он? — поёжился Кактус.

— Он... Только не смотри туда... Примерно на четыре часа от меня.

— За правым плечом, стало быть... И далеко?

— Не очень. Метров сто, наверное.

— Как ты это делаешь?! — заинтригованно спросила Джихад.

— Электромагнитные колебания, изменение индуктивности... Джи, мне довольно сложно объяснить; просто я всё это чувствую.

— Так... Друзья, с этой минуты все разговоры только о музыке, — тихонько призвал к порядку Громила. — Как слышите, приём...

— Вас понял...

— А давайте, в самом деле, сыграем! — И Кактус вытянул из кармана свою губную гармонику.

Громила подсел поближе к барабану и выбил на нём пальцами глуховатую дробь.

— Иннот, у тебя струны, часом, не размякли?

— Обижаешь, дорогой... Какой же джанги поставит на своё банджо металлические струны!

— А из чего они у тебя?

— Из кошачьих кишок...

— Фу! — Джихад сморщила нос. — Какие вы гадости говорите, мальчики...

— Ну я же не виноват, что именно этот материал идёт на струны, — пожал плечами Иннот.