Старая контра

Каюкер решил пока не рисковать — и «дежурство по телу» снова принял Воблин Плиз.

—Просто не давай вахтенным заснуть, старина, — усмехнулся Иннот. — Иначе дисциплина у нас окончательно развалится!

Ночь прошла вроде бы спокойно; но под утро из кубрика разнеслись громкие возбуждённые голоса.

— Хуц помер! — угрюмо ответил Прохонзол Эжитюжи на вопрос каюкера. — Только что... Стонать начал, потом захрипел — и всё: сердце остановилось.

— И Цуйке всё хуже... Вон уже почти до локтя рука почернела, — со страхом сказал кто-то.

— А я опять во сне упыря этого видел!

—И я...

— Так! Вы двое, — Иннот ткнул пальцем, — быстренько на берег и разожгите костёр. Прохонзол, у нас тут топорик был — заточи его поострее.

— Нет, моны! Не надо! — Цуйка Осияч метался на койке; пот крупными каплями выступал на его лице.

— Молчи, дурак, — рыкнули на него. — Спасибо лучше скажи, хоть жив останешься...

— Моны-ы-ы-ы... — выл Цуйка.

Топор как следует наточили на одном из прибрежных камней. Осияча отнесли к костру, раздели до пояса и тщательно промыли руку выше локтя горячей водой.

Эжитюжи перевязал её верёвкой возле самого плеча, засунул под петлю короткую толстую палку и туго закрутил. Цуйка тихонько поскуливал.

Вперёд выступил Иннот. Он некоторое время держал топор над пламенем, поворачивая его то одной, то другой стороной, потом коротко размахнулся и нанёс удар.

Кровоточащий обрубок прижгли, докрасна раскалив лезвие; тут наконец оперируемый перестал вопить и впал в беспамятство. К отрубленной руке никто не хотел прикасаться; каюкер осторожно подцепил её палкой и отправил в огонь.

Рассвет не принёс облегчения: оказалось, под утро мертвящие пальцы Гукаса коснулись ещё троих. Иот Вавитэж кашлял теперь почти не переставая; синяки на его шее начали сливаться в один огромный кровоподтёк. Тело Хуца похоронили там же, на берегу. Могилу рыть не стали; просто натаскали камней. Беглецы постояли вокруг насыпи, помолчали; наконец Иннот вздохнул и приказал всем занять свои места.

— Знаете что? С этим Гукасом, или кто он там, пора кончать! — решительно заявил каюкер на следующий вечер, очутившись в гостиной персонажиков.

— Слишком много всякой непонятной фигни вокруг нас творится. Кто-нибудь из вас может дать дельный совет?

— Гм... Похоже, тебе придётся заснуть ещё раз, здесь, и схлестнуться с ним во сне, — высказался Кумарозо. — Прижги мерзавца как следует; это единственный способ. Ничего другого мне на ум не приходит...

— Вот и я так думаю.