Не буди Лешего

Вон их сколько неприкаянных разбежалось, или зависло в небе, – она подняла глаза. – Ждут своей участи. Сейчас косу возьму да приберу вас! – она кому-то крикнула. – Но мне сначала надо мужа собрать из косточек, потом вернусь за вами! Распределю всех куда надо.

– Много работы нынче у смерти? – прорычал я ей.

– Не то слово, – она огляделась. Посмотрела на Баюнку.

– А кот твой тоже не жилец. Ну в том смысле, что он и был нежить, но пора ему уходить совсем.

Раздалось шипение и злое мяу. Баюнка покосился недобро, но с места сдвинуться не смог, продолжил меня откапывать.

– Он скоро сдохнет, – смерть погладила кота по холке. – А знаешь, ты, Алёша, что этот кот уже у меня в клети сидел на том свете? Он мёртвый был давно и ко мне попал в небытие. И от меня удрал! Я клеть ему закрыть забыла, а он и был таков! Давно от меня скрывается, а тут попался!

– Баюнка?

– Баюнка твой, та ещё тёмная нежить, натворил много дел. И многократно умер. У кошек много жизней, он все давно потратил и бытность свою нежитью истратил тоже.

Я ж говорю – сбежал. Баюн-ка! – она протянула. – Хороший котик, скоро пойдём обратно!

Он зашипел на неё, выпустил когти и махнул два раза лапой. Мара рассмеялась.

– Да понимаю, что не хочешь, никто не хочет. И я не хочу, но надо.

– А где Водяной, там же? У тебя? – спросил я с некоторой надеждой. – Вернуть его получится?

– Нет! – Мара сказала резко. – Даже я не в силах спорить с мироустроеньем. Всё так устроено. Он умер, был он долго нежитью.

По своим способностям был нежитью речной. Когда и здесь он сгинул, теперь он перейдёт в небытие, на ту сторону. Есть мир живых. Есть наш мир: река, лес и горы – мир потустороннего, мир мёртвых, опять же. А есть Ничто, где лишь покой да тьма. Туда он и отправится.

– Тогда меня и отправляй туда же. С Воднейшеством на пару. Он, может, и хотел меня спасти, но не для того ж наверное, чтоб самому погибнуть!

– Там так не будет! Там не так как здесь, Алёша! Не будете вы вместе с Водяным там пить бражку! Видеться не будете, не сможете разговаривать! Там разговоров нет.

Там пустота. Знал бы ты, как хорошо, что я могу здесь с вами быть, и даже замужем за бессмертным!

– Как это: ничего там нет?

– Вот так: у нас тут рубеж последний! Дальше ничего. Не переживай так! Многая нежить мечтает успокоиться. Он страдать не будет. Там и страдания нет, и боли нет тоже.

– Поменяй нас! – я схватил её за руку лапой освободившейся.