Путь в Сэльму

Слегка испугавшись нарушившего ночную тишину голоса кучера, Амитас посмотрел содержимое бутылки на просвет уличного фонаря.

- А выглядит как облепиховая, - прошептал он себе под нос, - Ладно, пора искать крапиву и крыжовник. Где же эти кусты, что видел Клясень?

Он широко замахнулся рукой и бросил бутылку далеко в сторону дороги. Послышался звон разбившегося сосуда, осколки рассыпались по каменистой земле, и оранжевая жидкость растеклась под сиянием луны, отражая звездный свет. Невыносимое зловоние распространилось вокруг этого места, дойдя и до Амитаса, и до повозки.

- Фу! Что за поганое зелье?! – зажал он нос пальцами, - Как будто весенний паводок затопил кладбище. После этой повозки надо будет хорошенько отмыться в бане. О, а вот и дикий крыжовник!

Поодаль от трактира за деревянным забором кучно виднелись кусты дикого крыжовника. Свет почти не доходил до них, и они казались просто черными неизвестными кустами, но зоркие глаза Амитаса помогли ему.

Идя мимо трактира, он все сильнее слышал шум и гам, доносившийся сквозь закрытую дверь.

Видно, много путников, не считая отца Белославы, собралось там.

Приблизившись к крыжовнику, он нагнулся, слегка засучил рукава и снял одну рукавицу. Только взял одну ягоду, как вдруг ему на ум пришел вопрос, как много ягод надо собрать? Недолго думая, Амитас решил полностью набить карманы своей меховой накидки и карманы штанов.

Шум из трактира все нарастал и почти заглушил далекий праздничный шум ярмарки.

Тяжелая плотная дубовая дверь трактира пропускала через себя звуки изнутри, сводя их в густой непонятный гул.

- Там что, дерутся? – спросил вслух сам себя Амитас, набивая последний карман крыжовником, - Этот папаша Белославы за каплю самогона может и на толпу с кулаками полезть. Какой пьянчуга! Поплатится он не раз.

И, словно в доказательство на рассуждения Амитаса, дверь трактира с грохотом открылась, оттуда на улицу полился теплый свет, а вслед за светом оттуда вылетел Велемир.

Он приземлился недалеко от Амитаса, пару раз перевернувшись. И только после этого Амитас заметил в дверном проеме огромного широкоплечего здоровяка в фартуке, оттряхивающего ладони.

- Я же велел тебе не возвращаться, вяленый, - низким голосом прогудел тот, - Устроил тут драку, сломал стул... Счастливой Драконьей ярмарки!

Он с грохотом закрыл дверь, что задрожал сам трактир. Шум и гам внутри не прекращались, хоть и немного поутихли.