Путь в Сэльму

Когда тебя собирается приносить в жертву безумный старовер с щупальцем вместо языка, не выдержит ни одна закалка.

Учитель совершал последние приготовления. Он достал какую-то маленькую книжку, похожую на молитвенник. Каждому разбойнику он раздал по маленькой серебряной чаше для распития жертвенной крови. Из-под рясы он достал жертвенный кинжал, кривой как коготь зверя и черный как уголь.

Затем он достал темно-красную свечу, зажег ее одним лишь своим дыханием и просто стал держать в руке, никуда не вставляя.

Расплавленный воск капал ему на ладонь, но учитель не показывал боли.

- Свершилось! – наконец воскликнул он, - Час служения пришел! Великий Гунтогрог, бог зла и желчи, взываю к тебе и к твоему могуществу! Прими в дар кровь этого раба Алирана, да возрадуйся испорченным душам, которые собрались здесь!

С тех пор, как я предал свою семью, - продолжал он, - А моих лучших друзей запихнули под стражу в башню, прошло уже много времени. Именно тот поступок, те злые умыслы дали мне знак, что я слуга Гунтогрога.

Без этого великого бога равновесие нашей яви было бы давно нарушено, и мир рухнул бы к черту. Именно Гунтогрог, бог зла и желчи, не дает добродетели перевесить. Каждый раз, когда под небом творится добро, где-то творится и зло. Когда один преподносит второму дары, третий обкрадывает четвертого. Когда слышится смех, где-то еще можно услышать плач. Великий Гунтогрог, прими эту кровь во славу зла и желчи!

Резкий взмах кинжалом, и на запястье Амитаса появилась алая линия, из которой стала сочиться кровь.

Будучи охмеленный брагой, он весь трясся и потел, но все же был стоек и не издал ни звука. Мирон и даже мерзкий Клума были сильно обеспокоены происходящим. Лишь Клясень сохранял полнейшее спокойствие.

Тем временем, учитель наполнил свою чашу кровью жертвы. Порез был не такой сильный, кровь вытекала медленно, и чашу он наполнил на одну четверть, не больше.

- Я пью эту кровь раба Алирана, но и Гунтогрог пьет эту кровь моими губами, - он поднес чашу ко рту и выпил ее содержимое, - Чистая кровь! Чистая душа! Теперь вы, ученики!

Он позвал проделать то же самое разбойникам.

Те особо не спешили, никто не хотел быть первым, но Наждак накричал на всех и приказал повиноваться. Затем он сам первым подошел, налил себе пару капель в чашу и выпил кровь.

- Теперь ты, Костолом, - приказал он разбойнику, - Не самогон, конечно, но ради сорока золотых можно и потерпеть. Кстати, самогоном-то отдает.