Ассоциативные безобразия

Невольно задаешься вопросом: как выдерживает это милое сердце такие путешествия? А на беспомощно висящем языке танцует свой победный танец только одно: дьявол! Как же велик на самом деле человек, способный к таким стремительным эволюциям и реформациям в своей душе? Как же по-настоящему он ужасен и силен своей способностью жонглера и акробата? А эти девы? Они одарены по самые края… высочайшей пробы искусством игры… с жизнью. Однако же все это только видимость. Лучше и не знать того, что является причиной, а про следствия думать даже запрещено.

Потому, как вся тайна состоит… в… теле. — На одном дыхании выпалили Чащин.

— Кто не будет нуждаться в смерти? — как-то уж очень правдоподобно печально и даже где-то сетуя на реалии, выпустил из себя слова Сурья.

— Тот лишь… товарищ Сурья… — Чащин поднял указательный палец к небу.

— Ты точно писатель! — на сей раз монах расхохотался, — где господин, там и товарищ! Удалось, удалось братец, удалось! — монах выплевывал остатки смеха.

— Что удалось? Что удалось святой отец? — недоумевал Чащин.

— Да развеселить меня, сын мой! Или предпочитаешь… Петр? А может? — Сурья прищурил глаза, и даже казалось подмигнул.

— Не надо! — отрезал Петя, поняв, куда клонит Сурья.

— Договорились… — скрестив руки на груди, торжественно произнес Сурья.

— Долго варились… — буркнул обиженным голосом явно проигравший схватку Петя.

— Ну что вы за народ, люди? — монах наиграно обижался, — сам сеть приготовил, сам приманку положил, сам сел туда заманивать, а потом злиться, разве можно?.

. — Петя задумался и… согласился, растянув губы в какую-то мерзкую и смиренную ухмылку. — Ну что ты делать будешь? — уловил раскаяние Сурья. — А впрочем, это очень похвально, как для человека… простого, то есть… м-м… обыкновенного.

— Ага, — повеселел Петя.

— Чего люди так радуются другим… всяким… м-м… таким… м-м… как этот вот моментам, но ведь это же может быть простая игра… в… поддавки… в самопожертвование… и… м-м… — Муза по имени Эмма, обратила на себя внимание, но лишь на мгновение, так и не высказав свою мысль.

«А он и не заметил, а мог бы быть и подавленным, понимая…» — я не успел поймать собственную мысль, как Чащин продолжил.

— Я вам как человек простой человеку обыкновенному скажу… вот что… — Чащин набрал воздуха в легкие чтобы продолжить.

— Слушаю тебя внимательно, — Сурья расправлялся со своим желанием властно. Петя не понял, что ему навстречу был сделан большой и опасный шаг! Но он как победитель не понимал этого нисколько.