О матерях и сказках

И боли нет. Нет ничего. Только пустота. Хоть пожми плечами и садись смотреть комедию. Почему? Почему она не чувствует боли и страданий? Может она и вправду злая, и жестокая?

Может ложь делает ее такой? Конечно, врать нехорошо. Особенно родителям. Но мама сама виновата! Маша не собирается отказываться от друзей, церкви и байков, только из-за ее воплей. Только вот… если с байкерами все просто, они только поржут, еще и десять отмазок на выбор помогут придумать, то ребята в церкви смотрят осуждающе. Врать — это грех.

Но если она не будет врать, — вообще окажется взаперти. Вот и приходится скрываться, вести двойную жизнь. Даже тройную. И главное не запутаться. Не сказать в церкви — про байкеров, в клубе — про церковь, а дома — максимально неподозрительно умолчать обо всем.

— Ну давай… у-ааа — Маша запрокидывает голову и пытается плакать. Не выходит. Дедушка любил ее, всех их любил. И почти вся семья будет на похоронах, кроме Маши. А она даже не оплакивает его нормально. Ну точно. Злая, бесчувственная и жестокая.

Слезы все-таки выступают на глазах. Но не из-за деда, а из-за отвращения к самой себе. Маша стирает их, шмыгает носом и решает пойти прогуляться, пока не совсем стемнело. Да и Мама права, не стоит оставаться одной дома. Стоит пойти к теть Марине.

Прохладный весенний ветер забирается под расстегнутую косуху, заставляет дрожать, но Маша упорно шагает вперед, уставившись в асфальт и засунув руки поглубже в карманы. За спиной нарастает рычание и, достигая пика, останавливается справа.

Лебедёнок паркуется на обочине и снимает шлем.

— Привет.

— Привет.

— Ты чего такая хмурая?

— У меня дед умер.

— Соболезную.

Парень, поразмыслив пару секунд, спрыгивает с байка и мягко подталкивает Машу к скамейке.

— Это неделя такая паршивая. Ты держись, ладно?

— Да я держусь.

— Вижу, вон даже не плачешь.

— Не плачу. Мне вообще плакать не хочется. Я злая?

Парень округляет глаза.

— Эм…с чего вдруг? — он достает пачку сигарет, вытаскивает одну и тянется за зажигалкой.

— Дым. — напоминает Маша, она не переносит сигареты.

— Извини. — Лебеденок затыкает сигарету за ухо. — Так с чего такие мысли?

— Ну, я близкого не оплакиваю, вру всем, кто меня окружает…

— Все мы кому-то врем. Без этого и жизнь прожить не получиться. Вопрос кому и зачем. Вот ты если сейчас пойдешь и правду всем расскажешь, легче хоть кому-нибудь станет?

Маша качает головой. Легче точно не станет.

— Ну вот и не парься, тогда.