О матерях и сказках

Ну конечно, она же застала дождь, и подумала, что он будет идти весь день.

Обида сменяется злостью. Маша берет трубку и яростно бьет по кнопкам.

— Алло... — раздается сонный голос на другом конце.

— Натах, а Натах. А ты еще хочешь наш гараж разрисовать краской?

— А ты спрашиваешь?! Разрешили?

— Пф...еще б я спрашивала. Собирайся, скоро приду. Все равно заняться сегодня нечем.

— Десять минут, и я готова!

В трубке раздаются гудки. Маша встает с кресла, потягивается и идет одеваться. Но прежде обходит родительскую комнату, сама не зная зачем.

Просто рассматривает. Шкафы, обклеенные картинками, детскую кроватку, заваленную сумками, которые мама еще не успела разобрать. Стол, обложенный листами и тетрадями. Мама все свободное время сидит за рукописями, хотя круглый живот и не дает ей удобно устроиться за столом. Но она все равно работает, потому что скоро на это не будет времени.

Маша не боится появления брата, по крайней мере не боялась раньше. А теперь... А вдруг ее опять забудут? Или отвезут обратно в деревню к бабушке и дедушке? Или.

..

Среди листов Маша видит рисунок. Юноша с длинными волосами, собранными в хвост, держит за плечи рыжую девушку.

«Мелисса, верь мне! Как мне защищать тебя, если ты меня не слушаешь? Если не веришь моим словам!» — гласит надпись. Очередной оживший персонаж, со своей историей и моралью. Теперь Маша знает насколько они настоящие, и оттого обижается на выдуманного книжника, как и на родителей, будто он тоже ее обманул.

— А стоит ли верить вашим словам, господин.

.. — Маша поворачивает лист и читает описание героев. — Рут Адавар. С чего вы взяли, что имеете права решать за нее?

Маша возвращает лист на место и уходит собираться. День будет долгим и интересным. Но родители об этом никогда не узнают.

Глава 19

Маша тряслась в седле перед Зорей. Кошка! Она стала крупной серебряной кошкой!

«Кошка... Кошка...» — думала Маша, выпуская когти и подпрыгивая на каждый шаг Байки. Хотя в таком облике ехать было легче. Может потому что лапы легко пружинили и смягчали тряску, а может потому что «кошка» весит на пятьдесят кило меньше Маши.

Время от времени Зоря, вполне уверенно сидевшая в седле, гладила Машу по спине. Кошка каждый раз вздрагивала и прижимала уши к голове.

«Кошка...»

— Ты чего-то притихла, — спросила Клара, поравнявшись с ними. — Ни воплей, не истерики, или ты усиленно веришь, что все это сон.

«Господи, хоть бы это был сон...» — да, Маша действительно продолжала усиленно верить в нереальность происходящего.