Как я была ангелом

Смотря по ситуации. Ну все. Действуй. Если ты настоящий ангел, то прекрасно поймешь сама, что и когда делать.

Ангелы взмахнули крыльями и улетели как два длинноногих аиста, сверкнув золотыми сандалиями.

Я огляделась по сторонам и попробовала взмыть вверх. К моему удивлению, это получилось очень легко. Крылья оказались совсем не такими тяжелыми, как показалось вначале, и я, миновав трассу, стала парить над городом.Высоту я набрала небольшую, откуда хорошо просматривались пролетающие птицы и даже воздушные змеи, которых запускали мальчишки.

Меня никто не видел, потому что я была бесплотным ангелом, которого не дано узреть никому из обитателей земли.Пока крылья делали свое дело, то есть производили взмах за взмахом, мои руки были свободны, и я решила развернуть пергамент и просмотреть списки.Как ни странно, первой в списке стояла кошка. Я это быстро поняла, поскольку вместо полного имени стояла кличка: Дульсинея. Далее следовали Александр Николаевич Зернов и Аглая какая-то там еще, ворона 777… Список был неимоверно длинным, и до конца я его не дочитала. Почему-то мою кошку я узнала сразу, без особых усилий, хотя видела ее в первый раз. Жирная, трехцветная, с вечно недовольной мордой, она сидела на подоконнике и смотрела на большую птицу, примостившуюся на стоящем возле окна абрикосе. Птица для нее была совершенно недоступна, потому что безумно любящая кошку хозяйка не выпускала лохматое сокровище на улицу, боясь, что оно потеряется, или с ним что-то случится. Если бы при этом можно было перевести на человеческий язык с кошачьего все, что думала о хозяйке кошка, вернее все те картинки, которые она крутила в своей кошачьей голове, отбитые на всю голову крушители садовых лавочек и городских остановок пришли бы в ужас.В списке значилось: «отработка кармы». В прошлой жизни кошка, как ни странно, была человеком и до безумия любила своего внука. Она буквально душила его своей любовью, и устраивала истерики, если вдруг его не приводили к ней на выходные. Если уж приводили, она не отходила от него ни на шаг, пичкала своими пирожками и котлетами, рассказывала сказки, и когда, наконец, он вырывался, чтобы отправиться спать, сидела возле кроватки и пела песни, от которых у него начиналась истерика. Когда он подрос, и сам отказался идти к бабушке в гости, у нее случился обширный инфаркт, от которого она и умерла, навеки поселив в сердце внука чувство вины и раскаяния.