Императрица поневоле

Видимо, инстинкт самосохранения у меня всё же был, потому что, не раздумывая, я выхватила кинжал из ножен и всадила его в чешуйчатый хвост, обвивающий мою ногу. Чёрная кровь брызнула во все стороны, а зверь, заревев возле входа, выдернул оставшийся обрубок на поверхность. Рёв был таким, что у меня заложило уши. Но на месте филейной части в отверстии входа тут же появилась морда виверны.

Из открытой пасти, полной острых зубов, исходило такое зловоние, что мне нечем стало дышать. Челюсть защёлкала в паре метров от моей ноги, но это было не самое страшное.

Зверь стал биться в проходе, пытаясь протиснуться, и хрупкая порода начала поддаваться: появились разломы, а с потолка посыпались камни.

Перевернувшись на четвереньки, я попыталась отползти, но нога застряла в одной из трещин.

— Ложись, — голос Ниэля прокатился по туннелю и, отразившись от стен, эхом вернулся обратно.

Обернувшись, я наткнулась на жёсткий взгляд эльфа и направленный на меня арбалет.

— Если ты сейчас же не растянешься на полу, я сам тебя покусаю, — прорычал он, и почему-то я ему поверила.

Едва я успела уткнуться носом в каменную пыль, как услышала свист пролетевших над моей головой коротких арбалетных стрел. Одна, вторая, третья… За спиной творилось нечто невообразимое, но у меня не возникло ни малейшего желания обернуться.

— А теперь вперёд, — короткая команда вывела меня из оцепенения.

— Не могу, — прохрипела я, дёргая застрявшую ногу.

— Посмотри на меня, — голос Ниэля казался спокойным, даже каким-то завораживающим, и когда я сделала то, что он просил, продолжил, — забудь о том, что творится позади, сделай глубокий вдох, выдох и спокойно вытащи ногу из сапога.

И как я сама до этого не додумалась?

Освободившись, я рванула так, что за считанные секунды оказалась нос к носу с эльфом.

— Давай, двигай вперёд, — мотнула головой в противоположную от входа сторону.

— Скорее уж назад, — хмыкнул он и стал пятиться.

Только сейчас до меня дошло, что в этом месте проход был настолько узок, что он просто не мог развернуться.

В свете магических шаров его лицо казалось осунувшимся и белым как мел.

За всё время движения по этой «норе» мы не произнесли ни слова. Через пару десятков метров Ниэль смог развернуться по ходу движения, а ещё через несколько и вовсе встать в полный рост. Шум на поверхности постепенно затихал: либо мы опустились уже достаточно глубоко, либо виверны затаились.