Императрица поневоле

То, что это не дикие звери — точно, но и на разумных представителей местного сообщества их ауры не похожи. Не нравится мне это. В особенности то, что я не могу их почуять: обоняние мне говорит, что здесь никого нет, слух это подтверждает, но вот магическое зрение показывает совершенно противоположное.

— Лес молчит, — поняла наконец-то, что не давало мне покоя во время всего ужина. Ведь, когда засыпала и когда только проснулась, вокруг было полно звуков, а сейчас нет даже вездесущих комаров.

— Пожалуй, попробую поставить защитный купол, — словно размышляя вслух, произнёс дракон, — хотя и сомневаюсь, что получится так, как надо.

Вскинув руки, он начал творить какое-то сложное заклинание. Поначалу ничего не менялось, но потом вокруг того места, где мы стояли, замерцала плёнка защитного барьера. В то же время тучи, до этого закрывавшие небо, разошлись, и свет от обеих лун озарил окрестности. Именно тогда на поляну стала надвигаться стена густого тумана, взявшегося неизвестно откуда, в котором то и дело начали мелькать странные тени.

Доверяясь интуиции, я выхватила из ножен кинжалы и замерла, ожидая дальнейшего развития событий. Выплеск адреналина заставил сердце биться сильнее, одновременно обостряя чувства и ускоряя реакцию. Лорд Арэн напрягся. На видимых частях тела стали проявляться бронзовые чешуйки, ногти на руках удлинились, превратившись в те самые чёрные когти, оставившие царапины на моём теле. Такана и Тхар тоже не отставали, выпустив костяные наросты, покрытые ядом.

По сравнению с ними я чувствовала себя совершенно незащищённой. Видимо, остальных посетила та же мысль, потому что, переглянувшись, они обступили меня, образовав своего рода треугольник со мной в центре и с ними по углам.

— Держись рядом, — шепнул Арэн.

Всё это время Тхар и Такана переглядывались, словно вели мысленную беседу между собой.

— Знаешь, Лия, мы тут посоветовались, — начала девушка, — наш яд очень сильный: всего лишь одна капля парализует касатку. Если им смазать лезвие кинжала, то любой порез окажется смертельным.

Это единственное, чем мы, действительно, в состоянии тебе помочь, ведь если будет битва, то в ответственный момент нас может не оказаться рядом, а так у тебя есть больше шансов на победу.

От такого предложения я даже слегка приободрилась, пока не услышала из её уст продолжение.

— Правда, есть одно «но»: ты можешь порезаться сама, и это станет концом и для тебя тоже, если в твоём теле не окажется нашего противоядия.