Сарисса-5. Сквозь Грани. Дрянлинг

В памяти Эйлин услужливо всплыли ложки на кухне, многократно облизанные поварами, и она искренне порадовалась, что трапезничать здесь ей не придется.Наверняка Фергюс тоже вспоминал картины, виденные на кухне, потому что он обернулся и умоляюще взглянул на Эйлин. Она мстительно отвернулась, и Фергюс не заметил, что её волосы больше не падают сивыми патлами, а снова блеснули серебром. Торментир тоже не обратил на это внимания, потому что Эйлин стояла у него за спиной.За столом уже сидели барон и баронесса, в кубках их плескалось что-то мутное и темное.

«Наверняка это местное вино с неповторимым вкусом и ароматом», – до Эйлин донесся обрывок Торментировской мысли. «Особенно чудным будет послевкусие», – немедленно отозвалась она.– Фергюс, мой славный друг, – немного заплетающимся языком произнес барон.Он был уже изрядно навеселе, раз простого наёмника назвал другом. Баронесса расплылась в приторной улыбочке, поманила Фергюса пальчиком и указала на место рядом с собой. Фергюс, словно зомби, приземлился, где было велено. – Ваше баронство, – с наигранной уверенностью заговорил Фергюс, – я привел с собой своих слуг. Женщина будет подавать нам кушанья, а мой лекарь знаком с тысячей растений. Он творит с их помощью просто чудеса, и я хотел бы их вам продемонстрировать….– Ладно уж, садись давай, – грубовато ответил барон, а сам подозвал амбала и приказал ему налить присутствующим еще вина. – Пусть покажет, что может, только сидеть ему придётся подальше от нас. Прислуга пусть прислуживает…Барон захихикал над собственной шуткой и продолжил:– А вот разливать вино должны мужчины. Торментир с недовольным видом уселся на дальний край стола. Эйлин заняла место за спинками стульев пирующих. Амбал поднял кувшин и налил в кубки вина.– Прежде чем я выпью за здоровье моих прекрасных и гостеприимных хозяев, – заговорил Фергюс, поднимая кубок, – я хочу, чтобы Солус, странствующий со мной, показал свое замечательное искусство. Я знаю, что нет вина, равного этому, но Солус может сделать его ещё лучше…Барон понюхал содержимое своего кубка, икнул и поморгал, словно отгоняя наваждение. Потом он уставился на Торментира:– Сделать лучше? Вот если бы ты с помощью своих трав сделал моё вино крепче…Торментир поднялся и поклонился барону, баронессе и Фергюсу. Он подошел к кувшину и, к ужасу Эйлин, вытащил волшебную палочку. «В конце концов, никто не знает, что она волшебная», – успокаивала себя новоиспечённая служанка.Теперь отвратительное освещение зала было очень на руку магу.