Посторонним вход...

Пошарилась в деревянном ящике, вытащила на свет божий длинную серую юбку на завязке по поясу (видно, пока ещё резинок тут не изобрели), что-то типа свободной рубахи с длинными рукавами и то ли тряпочные калоши, то ли онучи. Собственно, фиг с этими названиями. Напялила всю эту амуницию на себя, повертелась перед бабкой.

— Ну, как?

Магая пожевала губами, пожала плечами и выдала:

— Ну... Не красавишна, так я скажу табе!

— Вот и чудненько, — сделала я вывод.

Старуха попыталась навязать мне бусы со словами «посвежее выглядеть будешь», но я отказалась.

— Мне сейчас надо выглядеть не посвежее, а наоборот. Чтобы никто во мне девицу молодую не высмотрел, а увидел бы лишь старуху. Андестенд? Тьфу... Понятно?

Вроде, дошло. Магая притащила платок, накрутила его мне на голову, спрятав под ним волосы. Так-то получилось вполне, но вот лицо как изменить? Даже расстроилась. Кто бы мог подумать, что придёт момент, когда юность и красота будут не радовать, а огорчать. Я даже присела на кровать, пригорюнившись.

Откуда-то она достала склянку с мазью и велела мне намазать лицо. Рискованно, конечно. Но кто не пробует, тот не дегустатор. Намазала одну щёку. Самое приятное было то, что я не ощутила ни боли, ни жжения, ни щекотки. Зато кожа тут же стала собираться мелкими морщинками! По-быстрому домазала оставшуюся часть лица.

Прекрасно! Такой отвратительной рожи я ещё не видела! Вернее, видела, но давно: ещё в детдоме работала у нас нянька Феофана Прокофьевна с подобной физиономией.

— Ягоды какие у тебя есть? — спросила Магаю.

Та удивилась, но сходила куда-то, наверное, на кухню, и принесла целое блюдо всяких фруктов. Ягоды тоже там были, разные. Я выбрала парочку с овальной формой и довольно твёрдых, чем-то напоминающих наши финики в сушёном виде. Их-то я и затолкала за щёки. Теперь у меня получалось так потешно пришепетывать, что даже ведьма расхохоталась, шлёпая себя по бёдрам руками.

Ну, Северина, вспомни своё детство, когда ты смешила соседок по комнате, пародируя Феофану! Прошлась по комнате, сгорбившись и семеня, оглядела Магаю, растянув злобно губы в ниточку и оттянув пальцем уголок глаза к виску, как будто бы мне требуется навести резкость.

— Эки падлы неугомонны... От ужо за вами придут, откуды надо, и заберут, куды надо!

Тут уж Магая даже на ногах не удержалась и шлёпнулась на кровать, так смеялась.