Благие знамения: после Армагеддона

Вначале любое здравомыслящее существо, которому впервые приходится иметь дело с ведьмовскими пророчествами, ничего из него не понимает. Но Кроули помогло то, что ему уже приходилось сталкиваться с «Пророчествами». Он без особого труда вычислил всех действующих лиц и определил, что делать конкретно ему.

Единственное что…

— Что ж это за живительная вода?..

И тут над головой Кроули вспыхнула метафорическая лампочка. А ведь всего-то и нужно было — произнести вслух.

Кроули подскочил в кресле и щёлкнул пальцами.

Из пачки бумаги вылетел лист и шлёпнулся перед ним, шикарная перьевая ручка вспорхнула вслед за ним и принялась быстро выписывать: «Святая вода? НАЙТИ СРОЧНО».

Впрочем, писать это не было никакого смысла, так как даже ранним утром следующего дня они пульсировали в мозгу Кроули как место ожога.

Как уже было сказано, он чувствовал, что этот день не задастся. Фоном бубнил телевизор, заполняя нервирующую тишину, и в какой-то момент Кроули, сидящий в кресле-троне, поймал себя на мысли, что ведущий настойчиво произносит его имя.

Он повернул голову.

— Наконец-то, чёрт тебя раздери, — прогнусавил Хастур.

— Извини, ты просто одно лицо с Джереми Кларксоном.

Хастур на пару секунд завис, пытаясь понять, с кем его сравнили и считать ли это за оскорбление.

— Что-то случилось? — спросил Кроули, насторожившись.

Потому что если уж Хастур залезал в телевизор, это явно плохое предзнаменование.

* * *

Азирафаэль никак не могла найти себе места в это утро. Каким-то образом она предчувствовала, что Гавриил явится требовать ответа именно сегодня, и ей ежеминутно слышался звук его шагов.

А вот «Обретённый Ад» себе место нашёл — в дальнем углу, завёрнутый в креповую, кремового цвет ткань, между первоизданием «Больших надежд» и «Пожирающим огнём, или Как победить рак». Азирафаэль никак не могла отделаться от чувства, будто сохранив его она совершила какой-то постыдный поступок, будто это была не книга, а пакетик с «ангельской пылью» в шкафу у пятнадцатилетнего подростка, и что, если кто-то о нём прознает, всё кончится очень плохо, хотя никак не могла взять в толк почему.

Азирафаэль вспомнила о Кроули. Она решила, что если в течение дня он не объявится, она сама ему позвонит, и, вздохнув, занялась расстановкой новоприобретённых книг, которые ранним утром доставил курьер.

Немного отвлёкшись, Азирафаэль даже начала напевать, но очень-очень тихо, как если бы опять же делала что-то преступное.