Благие знамения: после Армагеддона

— Кажется, давно, — неуверенно ответил Хорас. В интонациях Азирафаэль ему почудилось что-то маньяческое.

Тем временем Кроули чесал кожу головы, будто пытался добыть огонь. Его мучила какая-то мысль, вернее, даже зародыш мысли, который он всё никак не мог «родить». Он снова вскочил и стал бродить по комнате.

— «Обязуюсь исполнить волю контрактора (сжигание заживо) не позднее заката солнца…» — раз за разом перечитывал он. — Сжигание заживо… Чёрт, что за Средневековье?.. Преступница должна сгореть на закате… должна понести наказание… должна раскаяться… Погодите-ка!.

. Азира…

Азирафаэль буквально влетела в комнату с аналогичным криком «Кроу…» Оба уставились друг на друга, будто синхронизировали догадки.

— Мне кажется, до меня дошло!!! — в один голос крикнули они, и Кроули издал нечто наподобие победного клича.

— Да тихо ты, сколько можно повторять! — просипела Азирафаэль, но не до конца исторгнутый радостный смех трансформировался у неё в подпрыгивание на месте.

— Что, что я такого сказал? — спросил озадаченный Хорас, войдя вслед за Азирафаэль, и оторопел ещё больше, когда демон и ангел снова одновременно воскликнули:

— Надо вернуться на площадь!

* * *

Когда чёрный «Бентли» с визгом затормозил у площади, от солнца осталась только макушка, будто красная шапочка.

Кроули, Азирафаэль и Хорас буквально вывалились наружу (хотя со стороны казалось, будто «Бентли» их попросту выплюнул). Тереза ещё была там, правда сменила скамейку и читала книгу, но особого интереса в её глазах не наблюдалось.

— И что мне делать? — спросил Хорас.

— Иди и поговори с ней, — приказным тоном сказал Кроули.

— Что?! — разозлился Хорас. Это единственная эмоция, которую договор не то что не приглушил, а наоборот усилил. — Я не хочу с ней говорить!

— Пожалуйста, Хорас! — вмешалась Азирафаэль. — Она не просто так приходила к тебе. Она хотела поговорить с тобой. Именно с тобой.

— А я не желаю с ней говорить, она чуть не убила её! — вскричал Хорас.

Все, кто был на площади, посмотрели в их сторону (и некоторые узнали Кроули, оравшего здесь несколько часов назад), включая Терезу.

Заметив Хораса, она вскочила со скамейки и бросилась к ним. Хорас попытался рвануть в другую сторону, но Кроули опередил его, схватил и крепко сжал.

— Это договор, — прошипел он, не без труда удерживая брыкающегося Хораса, — он влияет на него!

— А разве он не должен наоборот стремиться к своему исполнению? — запаниковала Азирафаэль.