Благие знамения: после Армагеддона

— Тупой чёрт, — фыркнул Сандалфон, — если ты думаешь, что ваши с Азирафаэль… сношения оставались для нас тайной, то ты достойный сын Геенны.

Кроули уставился на них. В нём боролись два отчаянных желания: расхохотаться и кинуться на этих кирпичномордых с кулаками.

— Как вы могли? — прошипел он. — Я не знаю, как вы провернули этот фокус с книгой и пламенем, но теперь вы должны ей помочь!

Кроули чертыхнулся, когда трое высших ангелов тоже многозначительно переглянулись.

— Перестань лгать себе, — подала голос Уриил.

— Она это заслужила. Это справедливость.

— Это дерьмо собачье! — рявкнул Кроули. — Почему только она?!

— Ты не в нашей юрисдикции, — ответил Гавриил, разведя руками. — Вероятно, у них на тебя несколько другие планы, поизощрённее. Мы же не настолько жестоки.

Кроули ткнул в него пальцем.

— В жестокости и вы знаете толк. Вы же ангелы, чёрт вас подери! Если вы ничего не сделаете, она умрёт! Где ваше милосердие?!

На пару секунд повисло молчание. Кроули был в том состоянии, когда тянет взять факел и пойти поджечь пару ближайших церквушек.

Затем вперёд выступила Михаил.

— Я пойду с ним, — сказала она и в ответ на недоумевающие взгляды ангелов заметила: — Она имеет право знать, что происходит. Это — справедливость.

— Будь настороже, Михаил, — предостерёг Гавриил.

— Да, да, не то сожру и косточки не оставлю, — съязвил Кроули.

Михаил посмотрела на него, потом на Гавриила и остальных, всем своим видом говоря: «Если мне и грозит какая-то опасность, то это риск быть облитой змеиным ядом.

Ты же помнишь, Гавриил, мы что-то такое пробовали с тобой во времена Инквизиции, было очень даже неплохо».

* * *

«Давно я к Тебе не обращалась… Кажется, это свойственно людям — взывать к Тебе только в час невзгод. Но, как они говорят, лучше поздно, чем никогда…

Я… я понимаю, что рак — или что бы это ни было — меня не убьёт, но всё же… Такой адской боли я никогда не чувствовала. Должно быть, это та самая кара, которую Ты ниспосылаешь на грешников.

Я понимаю, я… разочаровала Тебя. Не осмелюсь предположить, что сильнее кого бы то ни было из людей, но тем не менее… Эта боль заслужена, но… прошу Тебя только об одном — когда всё это кончится… пошли меня обратно на Землю. Я так люблю этот мир, этих людей… Верити… и Кроули. Веришь или нет, но представив его одного во всём мире, совершенно одного… это невыносимо. С кем он будет обедать в «Ритце»?..