Похождения двух братьев

Птенчик не успел опериться и выглядел очаровательно-милым, но не склонный к сентиментальности Билл сурово спросил брата:

- Опять по курятникам промышлял?

- Не, посмотри, - Том сунул птенца брату в лицо. - Это не цыпленок.

- Тьфу, - сказал Билл и оперся о лопату - помогал вскапывать огород.

За эту работу весной в деревнях платили неплохо.

- Он у дороги лежал, - за лопату Том браться не спешил. - Жалко, раздавят.

В голодное время он первый свернул бы птенцу шею, а нынче пожалел, добрая душа. Билл решил подыграть:

- На, копай, - он сунул Тому лопату и забрал у него милую птичку, - я пойду сделаю клетку.

Клетки и мышеловки Билл умел делать давно, и это нехитрое ремесло кормило их с Томом. Умение пригодилось - к вечеру Билл сделал просторную клетку с частыми прутьями, посадил в нее птицу. Оказавшись за решеткой, птенец недобро, как показалось Биллу, огляделся по сторонам и издал не птичье щебетанье, а неприятный звук, похожий на скрип ржавой двери. Билл поскорее захлопнул дверцу, насыпал внутрь хлебных корок и оставил клетку на чурбаке, рядом с сараем, где они ночевали.

Том выразил робкое предположение, что птенец вырастет и окажется певчей птицей, а тогда ее можно будет продать. Раздававшийся снаружи скрежет, однако, разрушил надежды Тома, поскольку вскоре выяснилось, что других звуков птенец издавать не умеет.

Хотя хлеб птичка ела с ненавистью, росла она стремительно. Пришлось сделать клетку раза в два больше.

Когда паскудная птичка начала выплевывать хлеб, подумав, Том скормил ей лягушек.

Та глотала не жуя и ощутимо прибавляла в росте и весе. Скоро обзавелась маховыми перьями и хрипло орала, требуя свободы и полета. Кривой клюв и огромные обсидиановые глаза вкупе со злобным взглядом обаяния пташке не добавляли. Впрочем, огненно-красное оперение было пышным и ярким.

Через неделю птица выбросила из клетки поданную лягушку и заорала так, что ее наверняка услышали в деревне. Чудище хотело чего-то другого, и Билл догадывался, чего именно, потому что на заблудившегося кота из клетки смотрели два очень плотоядных глаза.

- Что это за тварь? - гадал Билл.

Том не заморачивался подобными вопросами, но к клетке близко не подходил, подавая птичке куски сырого мяса на лопате. Смену рациона птица одобряла, крепла с каждым днем и скребла пол клетки кривыми когтями, оставляя глубокие борозды.

Цыпленочек вырастал в нечто жуткое.

На лопате, с которой его кормили, появились следы от ударов клюва.