Похождения двух братьев

Связываться с ведьмой не хотелось, однако ноющие ребра требовали отмщения. Билла никогда еще настолько не возмущало беспричинное избиение. Ногами.

- Ты будешь следить за зайцем, - распорядился Билл, - а я буду работать.

Он уже успел узнать, что трактирщику нужен помощник.

Поначалу брать на работу его не хотели. Догадавшись о причине, Билл честно рассказал, откуда у него синяки.

- М-м? - трактирщик страдальчески закатил глаза, когда Билл упомянул о выдоенных коровах. - В трех деревнях жалуются, но у нас никто не доит.

О молочном зайце и его хозяйке Билл умолчал, зато подумал: "Хитрая баба, на своих зайца не спускает".

Неделю Билл работал в трактире, Том следил за домом ведьмы. Зайцев у нее оказалось два, один серый, второй рыжеватый. Со двора они выбирались через аккуратно выпиленную дыру в заборе - дыра вела в заросли бурьяна, где зайцев разглядеть было невозможно.

Посовещавшись, братья окончательно решили - зайца надо поймать. Поскольку Билл имел богатый опыт в изготовлении мышеловок, сделать клетку-ловушку взялся он.

- А что потом? - задал вопрос Том.

У Билла имелись соображения, поэтому он ответил просто:

- Главное, поймай.

Старший брат не подвел, притащив следующим вечером в трактир клетку с серым зайцем. Зверь сидел спокойно, но смотрел недобро. Бросив работу, Билл подхватил клетку и помчался к домику местного священника, Том поспешил следом.

- Вот, отче, ведьма у вас, - сообщил Билл священнику. - Коров выдаивает.

- Доказательства? - прищурился святой отец.

И Билл с Томом, перебивая друг друга, поведали о молочных зайцах, ведьме и коровах. В заключение передали священнику клетку с колдовским животным. Будто в подтверждение рассказа заяц смачно отрыгнул молоком, в результате чего священник едва не уронил клетку.

- Бесовское отродье, - нахмурился святой отец.

- Это уж вам виднее, - сказал Билл.

Пришлось проводить батюшку до церкви, но идти к купели не понадобилось: едва клетку перенесли через порог, заяц рассыпался на прутья, клочки серой шерсти и спицы. Во все стороны хлынуло молоко, вылилось никак не меньше полведра.

- Ах ты, тварь! - с чувством произнес священник, которому молоко уделало подол сутаны и башмаки. - Ну я тебе устрою. Помогите, дети мои.