Принцесса самозванец и целебная маска

— Ты что, и правда шпион? — спросил его самый младший из трех попутчиков, пристально взглянул на Джомни своими карими глазами и взялся своей рукой за аккуратную черную бородку.

— Нет. Насколько я помню. — ответил Джомни, продолжая есть второе. — А может мне стерли память - я не знаю. — Сказал Джомни и посмеялся.

Каждая реплика Джомни на долго тормозила беседу. Однако на каменных лицах мужчин, которые были старше него чуть ли не вдвое, постепенно начали мелькать искорки смеха.

— Ну и откуда ты? — спросил его старший араб.

— Из Аддис-Абеба. Девятый ребёнок в семье, работал курьером, заработал денег, ехал в Лиссабон, учиться. Не женат. — спокойно сказал Джомни — А у вас, какая легенда? — спросил он в ответ и улыбнулся.

Все разом засмеялись, и стали сочинять себе невероятные гротескно абсурдные легенды, и с удовольствием над ними смеяться.

— А ты парень не промах, — сказал старший — Превратить неизбежное в игру, чтобы не потерять самообладание. Мудрое решение, кто тебе подсказал?

— Само как то придумалось.

— спокойно ответил Джомни. — Сложно сказать что именно уготовал нам Всевышний, почему бы немного не побыть тем, кем захочешь. Игра одновременно и расслабляет и обостряет внимание. Может нам и выпадет хороший шанс, не хотелось бы его упустить, обреченно уставившись в стену.

Долгая пауза почтительно уносила мудрые мысли. Все трое здорово задумались, но постепенно стали ухмыляться а потом спокойно разлеглись на своих кроватях. Через некоторое время матросы вернулись, забрали грязную посуду и внесли рюкзак Джомни и вещи его попутчиков.

За тем прикатили ещё одну тележку, на всех уровнях которой лежало множество разных настольных игр. Его попутчики выбрали шахматы и нарды, а Джомни выбрал кости, но не потому что умел в них играть, а потому что они лежали в тонкостенном стаканчике, вырезанном из палисандрового дерева.

Игры были достаточно оживлёнными. Уверенные в своих силах арабы, думали что видят Джомни насквозь, и Джомни не мешал им так думать. С удовольствием проигрывал, и искренне радовался мелким победам, но мысль о том, что придётся играть всю оставшуюся жизнь постепенно снижала градус удовольствия.

— А вы не так уж и дальновидны, Джонни. — сказал старший араб и открыл короля выдвинув пешку на две клетки.

— Могу себе позволить, в свои семнадцать — ответил Джомни и улыбнулся — По крайней мере я так думал, пока моя недальновидность не привела меня в плен к пиратам.

Джомни хитро посмотрел на своего соперника, улыбнулся и стал готовить шах королю.