Абонент недоступен

Нажав на рычаг, Гордеев с ходу принялся связываться с Казахстаном, намереваясь достучаться до Байконура. В трубке что-то долго щелкало, завывало, шумело, и наконец чей-то бодрый голос ответил скороговоркой:

— Начальник поста капитан Пинчук у аппарата.

Гордеев на долю секунды впал в замешательство, не зная с чего начать.

— Алё, алё! — снова донеслось из трубки. — Я слушаю. Кто это? Говорите. Алё, алё! Балуется кто там, чи шо?

— Здравствуйте, — наконец сказал Гордеев.

— Здоров, если не шутишь.

Кто это?

— Вообще-то моя фамилия Гордеев. Я бы хотел…

— Кто? — не дав договорить, громко переспросил Пинчук. — Еще раз скажи, я что-то не дюже расслышал. Небось опять провода сурок поел. Так кто это?

— Адвокат Гордеев.

— Берендеев?

— Гордеев. Из Москвы.

Тишина в трубке. Очевидно, капитан прикрыл ее ладонью, советуясь с напарником. А может быть, просто ожидая что-то услышать от Гордеева, который ничего лучшего не смог придумать, как сказать совершенно логичное:

— Алло!

— Та я слушаю.

Говори, не алёкай, как тот попугай.

— Я говорю, это Гордеев из Москвы.

— А я Пинчук с Конотопа, — неожиданно парировал капитан. — И шо теперь?

Гордеев понял, что имеет дело с одним из нормальных армейских насмешников, про которых в народе кочуют сотни анекдотов.

В голове мелькнул один из таких:

«В полк прибыла партия новобранцев. Старшина Пономаренко читает по списку:

— Губерман.

— Я!

— Меценмахер.

— Я!

— Рабинович.

— Я!

— Не, хлопцы, так не пойдет, — разочарованно говорит старшина.

 — Ни одной нормальной фамилии. У кого есть нормальные фамилии? Шоб как у меня, на «ко»?

— Есть!

— А ну? — обрадовался Пономаренко.

— Коган».

Вспомнив этот анекдот, Гордеев мгновенно расслабился, а голос обрел уверенность.

— Мне нужен Евгений Павлович Пашкевич.

— Кто?

— Повторяю: Евгений Павлович Пашкевич, специалист по космическому слежению.

— Слушай, адвокат… как там тебя?

— Гордеев.

— Гордеев, а ты, наверно, думал, шо я вот так вот по телефону тебе выложу, как на тарелке, местонахождение секретного специалиста?

— Да, я именно так и думал.

А что, нельзя?

— Да не, можно. А на кой черт тебе Женька?

— Дело у меня к нему.

— А если у тебя к нему дело, то какого х… ты на КПП звонишь?

— А такого, что у меня другого номера нет. Только вот этот.

— А-а, так бы сразу и говорил. А то — адвокат, трешь-мнешь. Нема тут ни х… твоего Женьки.

— А где он?

— Вчера еще был.