Злодейка

Ты являешься голая, лысая, принялась тут же кричать и ругаться. Конечно, он опешил. Он же ранимая натура. А потом ты вообще послала его куда подальше.

— То есть он не придёт?

— Нет. Потому что он уже здесь. Пообещай, что будешь корректно себя вести.

— Не буду... Такого обещать.

Анька ухмыльнулась. По её приглашению в мою одиночную палату вошёл симпатичный парень.

— Здравствуй, Енина.

— Поцелуемся?

— Может, позже.

— А что так?

— Потому что пока ты не моя Енина. Ты сейчас чужая.

Вдруг моё сознание подкинуло стыдливый для рассказа момент.

Я вспомнила мужчину, лес, неприкрытую страсть, желание. И воспоминание пришло, потому что я чувствовала вину перед Ольвином за это.

— Я тебе изменила, - сразу же заявила я. Эх, скажу, пока я ничего к нему не чувствую и пока он то ли зол, то ли обижен на меня.

Анька и Ольвин округлили глаза, заявление неожиданное, не спорю. А я продолжила:

— Сейчас я не помню, кто он. Я лишь чувствую вину перед тобой за это.

— Это отвратительно, - тихо молвил Ольвин.

- Тебя не было шесть часов! Шесть, Енина! Как ты могла успеть!

— Ты же знаешь, что в пятом измерении время идёт иначе, - вступилась за меня Анька.

— Да какая разница?!

Молодой человек, хлопнув дверью, покинул палату.

— Ты неисправима. Пойду успокою нашу истеричку.

Я махнула рукой в знак согласия.

Вечером ко мне явилась профессор Мания, губы взволнованно дрожали.

— Ена, - она неуверенно втянула воздух. - Тебя и профессора Нархаль велено заключить под стражу. Вас отсюда не выпустят до тех пор, пока ты и она все не вспомните и вашу память не проштудируют вдоль и поперёк.

— Какая неожиданность, - я театрально вздернула руки. - Удивительно, с чего же вдруг приняли такое решение?

— Ночью целители слышали, как Нархаль бредит. Она отдавала приказ, - Мания потупилась.

— И что же она велела исполнить?

— Она, - нехотя говорила профессор, - приказывала убить рыжую ведьму.

Нити воспоминаний потянулись ко мне вместе с кудрявыми локонами. Я поморщилась от боли и, спустя пять минут, сказала:

— Нет необходимости стеречь меня.

Память вернулась.

Когда в академии прознали о моей дружбе с могущественным волшебником из другого измерения, студенты поделились на три фронта: завистники, ненавистники и почитатели. Последние повсюду следовали за мной по пятам, норовили познакомиться. Часть славы перепала и Аньке, теперь ей приходилось чуть ли не каждый день отбиваться от ухажеров.

Ольвин меня не простил и перестал разговаривать.