Злодейка

Повсюду стража расставлена, а по дорогам ходят-прогуливаются лощеные молодцы да прекрасные девицы. Довольнешеньки, глазки строят, хихикают.

Мне тоже полыбились.

Повели меня прямиком к аспиду. Знакомиться. В домик, особо от остальных не отличающийся, я вошла уже одна. Пусто, тихо.

- Крас-с-сивые волос-с-сы.

- С-с-спасибо, - оборачиваться не стала. Не хочу с-с-смотреть с-с-страху в лиц-ц-цо.

Змей не иначе как прополз мимо меня.

- Не бойс-с-ся. Открой глаза. Как тебя зовут?

Гипнотический просто голос у него, заворожил, очаровал, обескуражил.

- Так вот ты какой, гад ползучий, похититель несчастных красоток!

- Давай хотя бы Полоз, а то гад ползучий с-с-совсем обидно, - змей окинул меня оценивающим взглядом и попытался тепло улыбнуться, словно я — пташка безобидная.

- Это еще заслужить нужно! А ну, быстро отпусти меня! И Пётку моего отдай!

- Пес-с-с твой?

- Что-то вроде того.

- Я тебя не отпущ-щу.

- Кто сказал, что я буду тебя спрашивать? - я что-то раскричалась даже. - Сожгу здесь все и тебя в том числе!

И как обдала его потоком пламени, скопившемся у меня в кулаках. А он взял и в каменную статую превратился, спасся от огня. Слишком опрометчиво я использовала магию, огонь в руках потух, а каменный полоз лишь слегка почернился.

Скинул с себя змий каменную чешую и уставился на меня своим змеиным янтарным золотом. Зрачки-щелочки сузились до такой степени, что даже и не разглядеть их вовсе.

- Гарелопреклонница?

- Не верю я в ваших богов! Безбожница! Сама себе королева и повелительница.

- Что же, повелительниц-ца, беру в плен тебя тогда. Хоть и не хотел.

Мои ладошки медленно покрылись каменной коркой.

- Брось колдовать, а то вс-сю в камень закую. Пока ос-стынь. Приду к тебе еще раз, как будешь готова.

- С такими руками меня оставишь? Как же в туалет ходить?

- Что-нибудь придумаеш-ш-шь.

И весь важный такой удалился.

Каждый день ходил ко мне один из этих амбалов-похитителей, приносил водичку, пить заставлял и все спрашивал:

- Остыла?

- Остыла-остыла, - отвечала я ему, как надоедливой мухе.

- Нет, - говорит, - рано еще.

И уходил.

Девушка красивая, скромная, пугливая приходила тоже каждый день. Сначала лодыжку мне починила, потом с ложечки кормила.

- Помоги сбежать, - просила я ее.

- Не велено говорить с тобой, - не поднимая глаз, ответила девушка.

- Не узнает никто.