Злодейка

Я хочу свободы. Не хочу ни от кого зависеть, не хочу быть обязана, привязана и нести ответственность за что-то. Я молода, в конце концов. Наша жизнь в несколько раз дольше обычной человеческой. И я, и ты еще успеем насладиться узами брака, но пока рано. Рано же еще?

- Ничего не поделать с этими чувствами. Я не сам их вызвал. Не понимаю, почему с твоим характером я смог в тебя влюбиться.

- Ане хочет семью. Мы внешне похожи, как две капли воды. У нее характер куда более покладистый, чем у меня.

- Только ты.

- Ничего не выйдет, Ольвин.

Прости. Ты не можешь мне дать, чего хочу я, а я не могу тебе дать, чего хочешь ты. После этого разговора, я думаю, мы больше не сможем дружить.

Я сняла кольцо и положила Ольвину в ладонь. Грустно. Если бы не Анька, я бы повстречалась с Ольвином, чтобы потом снова стать друзьями, я смогла бы так сделать. Но после признания сестры, я не могла поступить иначе. По их решению я поступила. В итоге все несчастны. Принимай я решение самостоятельно, без давления, Ольвин бы понял, что не хочет быть со мной.

Аньку бы научила, как вести себя с ним. А так, получается, я сладкий запретный плод и негодница сестра, советы которой слушать никто не собирается.

Я — злодейка.

Глава 16. Старая колдунья

- Ну что, Пётка, будем расколдовываться?

- Бе! - согласился баранчик.

- Пойти с вами? - в голос спросили Драк и Марс.

- Без вас обойдусь. К ноге, Пётка, - я похлопала по заживающему бедру.

Сначала я решила осмотреть дорогу, по которой шел пацан за травками. Примятые листочки, поломанные веточки указывали, что Пётка пошел куда-то глубоко в лес и вовсе не по тропинке.

- Куда же понесло тебя, барашек?

- Бе, - только и мог ответить он.

Следы привели меня к тонкому прозрачному ручейку.

- Пил здесь?

Пётка отвернулся, мол, нет.

- Я гадать не собираюсь! Давай показывай сам, куда шел, что пил, что ел? Может, ягоды какие.

Баран стоит - не шелохнется.

- Пётка, - говорю. - Оглох, что ли?

Поглядел на меня так грустно-грустно своими жуткими глазами и показывает на грязную, мутную лужу.

Что, правда?

- Петро, - перевожу я взгляд то на барана, то на жижу. - Ты все-таки не зря в это животное превратился. Вот же кристально чистая водица бежит себе поблескивает. Ты зачем в следе от неизвестного копыта напился? Там вон даже навозные горошки плавают!

Расстроился мой несчастный баран. Улегся на землю, копытца под голову сложил. Грустит. От тупости своей, видимо. Гляжу я на эту воду мутную, а саму так и клонит к ней.