Злодейка

Как на голодный желудок нельзя много есть, так и в пустой кувшин нельзя вливать много магии. Напившись, я приступила к лечению. Вправила вывихи, склеила кости, омыла раны, залила магией, очищая от разных вредностей. Хуже всего мне далось промывание глазницы. Смотреть чрезвычайно страшно. Хотя, я бы даже сказала — мерзко.

А теперь дать магии сделать свое дело.

- Пусть полежит, - говорю Пётке. - Дышать — дышит. Но справится ли с болью — не знаю. Может умереть.

- Почему ты не плачешь? - пуская слезы, спросил пацан.

- Петро, мы с тобой оба сейчас приложили очень много усилий, чтобы он жил. Плакать смысла нет, даже если он умрет. Со всеми это когда-то случится, Пётка, рано или поздно. И ничего не поделать. Слезы не помогут ни в одном случае.

- Учительница говорила, что плакать не страшно, что слезы исцеляют, выплескивают горе.

- Я и не говорила, что плакать — плохо. Реви, сколько душе угодно. Только все бессмысленно.

- Иногда мне кажется, Енка, что ты совсем ничего не чувствуешь.

- Пусть так и останется, - я повалилась на спину рядом с Драком, чьи раны прямо сейчас магически исцелялись.

- Воды, - прохрипел мне прямо в ухо Драк.

С несвойственным мне рвением я соскочила и наколдовала чашу, в нее пролила дождевой наколдованной водицы. Мужчина кривился и завывал от боли. Я достала из сумки заранее собранный шалфей, как в воспоминаниях меня научил Муська. Щелк пальцами — и огонек подпалил скукоженные цветы. Повалил дым.

- Что дальше делать будем? - проглотил Пётка и закашлялся.

- Не знаю. Мне бы хотелось убраться из этого измерения поскорее. Но, боюсь, что не могу теперь уже оставить вас в беде.

- Ты очень отважная, - смущаясь, сказал Пётка.

Драк пришел в себя через три дня. Все это время мы с пацаном охраняли его покой, грели, кормили, поили. Очень измотались. И, когда он, наконец, очнулся, очень обрадовались.

- Енина, - вяло прошептал полоз. - Я подвел тебя.

- Не без этого, - я шутливо огрызнулась.

- Прости. Они оказались умнее. И спасибо.

- Пётке — спасибо. Без него мне бы пришлось сложнее.

- Ох, конечно, мальчик мой, благодарю!

- Да не за что, - раскраснелся пацан, не очень еще осознавая, какую пользу он принес в этом деле.

- Вы наверняка хотите знать, что со мной произошло?

- Начало, как и конец, нам известен.