Богдан и Матвей что было дальше

— Я лечуууууу! — во все горло орал довольный ребенок.

Достигнув подножия горки, он с грохотом врезался в кучу веток и свалился на землю, весь перепачканный глиной. Но это его ничуть не огорчило. Лицо его сияло от восторга.

— Ух ты! Круто! — закричал он, поднимаясь на ноги. — Теперь твоя очередь!

Богдан с опаской посмотрел на склон. Матвей, несмотря на свою грязевую маску, выглядел совершенно счастливым. И Богдан решился.

Он уселся на поднос, оттолкнулся ногами и понесся вниз! Скорость была еще выше, чем у Матвея! Ветер свистел в ушах, а сердце колотилось как бешеное.

В какой-то момент поднос подпрыгнул на кочке и взлетел в воздух. Богдан на мгновение почувствовал себя птицей. Но приземление было жестким. Поднос перевернулся, и Богдан с размаху шлепнулся в глину.

Матвей с хохотом бросился к нему.

— Ну ты и чучело! — закричал он, показывая на брата, покрытого толстым слоем грязи.

Богдан сначала нахмурился, но потом не выдержал и тоже расхохотался. Они стояли у подножия горки, перепачканные с головы до ног, и смеялись до слез.

— Давай еще!

В этот момент мимо проходила группа их однокурсников, возвращавшихся с прогулки. Увидев катающихся братьев, они сначала остановились в недоумении, а потом, видя, как хохочут мальчишки, присоединились к ним!

Через полчаса компания аристократов — элита нашей страны, перепачканная с ног до головы глиной, с хохотом возвращалась в школу. В этих комках земли выделялись только глаза, определить, кто из них кто, не представлялось возможным.

Ребята не обращали внимания на косые взгляды тех, кто попадался им на встречу. Они были счастливы, словно вновь вернулись в детство, забыв о строгих правилах этикета.

Этот день они запомнили надолго. День, когда позволили себе немного детской радости и беззаботности.

На пороге корпуса их встречал сам директор. Ему уже доложили о происшествии.

— Мы не специально, — дружно проговорили ребята, и постарались побыстрее исчезнуть с глаз мужчины.

Ругаться на них у Алексея Николаевича сил уже не осталось.

Если бы ребята оглянулись, то увидели бы, как улыбается им вслед их строгий директор.

— Слушай, Костя, — с улыбкой спросил Алексей Николаевич, откидываясь в кресле, — а как вы с Кирой справляетесь с этими двумя неугомонными разбойниками? Они же у тебя постоянно в какие-то истории влипают! Вот и Дмитрий Иванович рассказывал…

Граф многозначительно посмотрел на друга, вспоминая историю с лесной практикой.