Бабка и боги. Последний шанс.

Вроде бы всё на своих местах, ничего не тронуто, но что-то её всё-таки взволновало. С шумом втянув носом воздух, она словно ищейка начала ходить по комнате. Домовой вжался в стену за печкой и боялся даже дышать. Он совершенно забыл, что у Яги нюх, как у полицейской собаки.

Но старуха почему-то бросила на пол пути свои поиски и уселась за стол. Пододвинув к себе волшебное блюдечко, она толкнула яблоко по кругу.

-Покажи мне Лешего! - голос бабки заставил Домового немного расслабиться и высунуться из-за печки. Яга явно была увлечена просмотром.

Домовой не видел, что именно взбесило старуху, но она почти отшвырнула от себя блюдце и у ставилась куда-то в стену.

-Значит Илюша по мою дряхлую душонку тебя отправили...- произнесла вслух бабка - Леший теперь на неделю в трауре, как пить дать. Пока все свои брёвна не оплачет, не успокоится. Значит подумаем, что ещё придумать можно...

Баба-Яга встала, разожгла огонь в печи и поставила в неё самый большой котелок, который только могла найти у себя в избушке. Вода постепенно начинала закипать, а за печкой закипал сам Домовой.

От жара камня, его лоб покрылся каплями пота, а растрепанные волосы начинали прилипать к лицу.

Яга стала кидать в котелок какие-то травы, отчего вонь в избе стояла просто неимоверная. Домовой прикрыл нос маленькой ручкой.

“Ну Илюша, ну и подставил ты меня! За все мои мучения, я с тебя ещё спрошу, поверь мне!” - подумал про себя он.

Внезапно, радостный смех старухи заставил его напрячься.

-Ну конечно, же! - смеялась старая. - Я свою избу переделаю, сделаю из неё капище, не хуже чем у этих божков.

А их вещи помогут мне признания добиться.

Домовой вдруг понял, что задумала бабка. Ему даже стало немного жаль старуху. Всю жизнь одна одинёшенька живет, в глуши лесной и друзей у неё нет никаких.

Тем не менее, по её словам он понял,что она не собирается ограничиваться лишь внешним блеском своего будущего дворца. Яга разработала какие-то запутанные стихи и заклинания, которые потом наполняли бы её храм особым духом и энергией и всё больше подмывали бы верующих поклоняться только ей, лишая богов их последователей.

Устав от тяжёлого умственного труда, Яга решила лечь всё-таки спать. Она стала снимать с себя верхнюю одежду, чем заставила Домового зажмуриться от увиденного.

“Это уже слишком! Только стриптиза мне сейчас не хватало в её исполнении! Отвратительно!” - подумал Домовой и приоткрыл один глаз.

Бабка вскарабкалась на печь и мгновенно захрапела, а на лавке осталась, снятая ею одежда.