Между оборотнем и драконом

Кузнечиков жареных помню, вкусные были.

Поймав ее изумленный взгляд, Ыргын виновато добавил:

– Но ваша каша вкуснее!

Она улыбнулась:

– Даже не сомневаюсь. А хочешь, завтра рыбки пожарим? Господин Ташар говорил, что по вторникам ему свежую рыбу завозят.

– Хочу! – облизнулся тролль. – Ежели с кашей…

Лиза не выдержала, рассмеялась. Ыргын с минуту недоуменно смотрел на нее, а потом и сам начал смеяться.

– Вам, госпожа, повезло, что дом вас принял, – сказал он, отдавая ей таз.

– Это так, – согласилась Лизавета.

***

Они вторую неделю приводили дом в порядок, и с каждым днем молодая женщина понимала – еще как повезло! Помимо крыши над головой, запаса продуктов и одежды, она отыскала в лавке ящичек с деньгами, заменяющий кассу, еще мешочек нашелся в письменном столе библиотеки, кошелек из плотной ткани в гардеробе, банка с медной мелочью в лаборатории и кое-что в карманах плащей и камзолов.

По сути за время уборки Лиза отыскала больше трехсот монет разного достоинства и могла скромненько прожить на них пару лет, ничего не делая.

Однако Лизавета знала, что чужие деньги всегда притягивают неприятности. Ыргын уже отгонял пару раз любопытных, желающих заглянуть в чисто вымытые окна первого этажа. Даже сломал рукоять лопаты о спины наглецов, едва не заваливших хлипкий с виду заборчик на заднем дворе.

А однажды ночью ограда вдруг засветилась призрачным, голубоватым светом, и возле нее раздались крики.

Утром тролль нашел многочисленные следы и парочку загнутых железяк, явно предназначенных для взлома, и посоветовал завести сторожевого пса. Стало понятно, что кто-то пытается поживиться наследством пропавшего мага.

Причем началось это безобразие именно тогда, когда Лиза принесла местной швее на переделку несколько широких бархатных штанов и камзолов, чтобы сшить из них одежду для себя.

Камзолы портниха перешивать отказалась, предложила продать их на карнавальные костюмы, потому что они безнадежно устарели. А вот из штанов невероятной ширины получились отличные теплые юбки. Их Лиза, не смущаясь, носила с мужскими рубахами, доставшимися от бывшего хозяина, и его же жилетами.

Правда, пришлось разориться на нижнее белье и предметы гигиены.

Как ни крути, а без некоторых вещей прожить невозможно.