Афёра с незнакомцем

По-моему, это обмен культурами. 

- Если бы. Люди верят в эти милые вещицы, а значит, начинают верить и в чужих богов. Поверь, матрешки и ушанки – это сувениры. А стоящая в выверенном месте – читай алтаре – денежная жаба, перед которой жгут ароматические палочки – это уже ритуальное действие. Перед матрешкой что-то никто венки из трав не раскладывает. Медленно, но верно мир меняется. Время не имеет значения для богов, они могут ждать века. Но я не собираюсь смотреть, как разрушится мой мир, - Леля отвернулась.

- Никогда не хотела стать спасительницей мира, веришь? Каково это? – спрашиваю у неё. Для чего ведь она всё это время ко мне являлась, присматривалась. Прямой для себя угрозы от неё я не видела, но и спиной старалась не поворачиваться. На бога надейся, а ишака привязывай, как говорится.

- Некоторые люди уже пытаются изменить порядок вещей, но в одиночку им придётся сложно. – Ей тяжело выкладывать свои планы той, кого она вдруг записала во врагини.

- А поддержка - это ты или я? – немного рассеянно спрашиваю у нее, с удовлетворением любуясь заплетённой косой, спускающейся через плечо на грудь. Инга тяжко вздохнула, как умеют делать только собаки. 

- Мы, - сквозь зубы цедит богиня. Моё спокойствие её невыносимо раздражает. Большинство моих знакомых и людей, с которыми приходится общаться, просто поражаются излучаемому мной спокойствию. А я с малышом словно живу в собственном мире, под хрустальной сферой. Там светит солнце, висят на ниточках бриллиантовые звезды, пьяняще пахнут цветущие травы и звучит Моцарт.

- Мы? Как ты себе это представляешь? Судьба Жанны Д,Арк меня никогда не прельщала, предупреждаю сразу, - кладу ладонь на живот. Уж очень приятные ощущения испытываю, ощущая под туго натянутой кожей активную деятельность. Вот, опять шевельнулась детка. Прикрываю глаза, чтобы лучше прочувствовать момент. Толкается. Плещется, моя рыбка. – Воевать не умею. И учиться не собираюсь. 

- Прекрати ломать дурочку, Мавра, - в раздражении произнесла богиня.

- А ты прекрати говорить загадками, - ласково прошу ее. 

- Ты любишь Костю? – спросила вдруг она, и взгляд ее превратился в тягучую патоку, выбраться из которой мне удалось не сразу.

- Прости? – удивленно переспрашиваю. Клянусь, мысли у неё скачут, как шарик в пинг-понге.

- Своего квартиранта, на тот случай, если ты знаешь ещё какого-нибудь Костю. - На алых губах появилась блуждающая снисходительно-насмешливая улыбка.