Афёра с незнакомцем

 

Могла, но оскорбилась. Решила, что не стоит навязываться тому, кому безразлична, кто не явился даже на рождение дочери. Первой и единственной, возможно. 

- У меня тоже есть гордость, - отворачиваюсь. Признавать свои ошибки горько.   

- Ну, а ты? – Взяв мой подбородок пальцами, Лель заставил смотреть на себя.

- Что я?

- Прекрати устраивать балаган!

- Говори нормально тогда, - справедливо возмущаюсь. Вроде ругаемся, отношения пытаемся выяснить, но шёпотом это звучит как-то иначе, несерьёзно.

- Устроили с Лелей этот цирк!.. – Его негодующее лицо и обида в голосе невольно вызвали у меня смешок. 

 Костя и Оля поженились три месяца назад. На свадьбу очень звали, но куда мне с грудничком совершать такие марш-броски по стране. Договорились, что встретимся на их первой годовщине, взяв обещание с меня приехать к ним вместе с дочкой, южачкой, гулящим котом и туманным будущим. Костя души не чает в своей жене, и преувеличенно тяжко вздыхает, найдя в сердце место для Лютика, как зовут они дома спасенную из приюта южачку.

Его карьера стремительно растёт вверх. Но причем тут цирк?..

- Ты думаешь, что это все смешно? – зарычал Лель как большой Серый Волк, которого царь узрел в одной сказке у себя в постели, вместо прекрасной царевны в брачную ночь.  

- Тише говори! – цыкаю на него. – Разбудишь Ваську – не обрадуешься.

- Я пришёл к ней, думая, что к тебе. Прекрати смеяться!

            Мне честно было смешно. Могу себе представить Леля, появляющегося с признаниями перед ошеломлённой Олей.

- Неужели ты мог обознаться? Мы совершенно не похожи! – шёпотом возмущаюсь я. - И когда же ты понял, что ошибся адресом? – ревниво интересуюсь у него.

- Очень быстро, не волнуйся, - буркнул Лель. А я очень пожалела, что не видела как это происходило лично. - Ты меня любишь? – щекоча ухо дыханием, резко поменял тему он. По телу побежали мурашки. 

- Разве ты сам не знаешь? – спрашиваю для того, чтобы потянуть время.

- Я не смог посмотреть, что… кто в твоей душе.

Это сложнее, чем тебе кажется. – Он изучал мое запрокинутое лицо, как заблудившийся путник карту, ища самый короткий путь домой. Я еле удержалась, чтобы не попятиться.

- Бои-ишся? – голосом страшилища из доброго советского мультика спрашиваю у него.

- А надо? – Не оценил юмора.

- Правильно боишься. Сколько я из-за тебя… - и рот мне закрыл душный, жадный поцелуй, поцелуй открытым ртом, такой же откровенный, как ладонь у меня на груди.