Афёра с незнакомцем

- Опять ты к ней пристаёшь? – мама быстро накрывает журнальный столик скатертью и начинает сервировку, пользуясь столиком на колёсиках, привезённым с кухни. Помогать ей не рекомендуется – это её маленький ритуал, всё равно не угодишь.

- Я интересуюсь личной жизнью дочери, - похоже на цитату из какого-то их спора.

- Молодец, только зачем же так грубо? – мама ставит передо мной глубокую тарелку с крапивным супом. Хлеб она печёт всегда сама. Переехав в самостоятельную жизнь, я больше всего скучала именно по её хлебу. С удовольствием беру толстый кусок и вгрызаюсь в ароматную мякоть.

- Ням-ням, - закатываю глаза для внимательно наблюдающей за моей первой ложкой мамы. – Совершенство.

- Совершенство, - передразнивает она меня, но сама довольна. – Ты ещё второе не пробовала. Снова волосы будешь отращивать? Правильно, тебе с длинными больше идёт.

- Ма-а, я не настолько голодная, - безуспешно пробую возразить, касаясь волос. Действительно, концы опять достигают плеч. Да что же это за наказание? И стригла, вроде, не на растущий месяц.

 

- Конечно-конечно, - мама садится на банкетку. – Ешь давай.

            Суп ем то медленно, то быстро. Родители отгадывают кроссворд и разговаривают о наших знакомых, вводя меня в курс последних новостей. Рассказали мне анекдот про Полинку свежий.

Сестрица живет в Европе почти четыре года и с ностальгией вслушивается в любую русскую речь на улицах. Так вот. Сидит Полинка в парке с книгой, ждет детей из школы, которых сюда приводят после занятий погулять, и слышит два детских голоса, спорящих по-русски в какую сторону им идти.

А нужно сказать, что парки там у них в Европах не меряны - иной раз можно и заблудиться. Поднимает она голову от книги и видит чернокожих мальчика и девочку лет 8 и 10, которые оживлённо переругиваются на нашем великом и могучем. В этот момент из-за поворота появляется высокий чернокожий мужчина и произносит, опять же по-русски, причём безо всякого акцента: "Я вам русским языком сказал, что после этой развилки нужно повернуть направо!" Полинка окончательно выпадает в осадок, и только потом замечает, что следом за мужчиной идёт скромненькая, как воробышек, невысокая светловолосая и белолицая женщина. Вот такая она, русская любовь.

- Очень вкусно было, мам, - отодвигаю тарелку, собравшись с духом. – Нет! Добавки не надо. Я беременна.

- Почему? – невпопад спросил папа. Очки съехали на кончик носа, карандаш застыл над цветными клеточками.

- От кого? – простонала мама.