Новая Луна

— Не иначе колдунство злое, где ж видано, чтобы в самом начале осени мело так уже!

— Ну, раз так метёт, что еще остаётся, кроме как коротать время со старыми друзьями, — Нильс снова улыбнулся, на этот раз совершенно искренне.

— Твоя правда! — воскликнул Таг, который, судя по всему, был не согласен с Родом в вопросе произошедшего за последние три, и жаждал поделиться всеми новостями, какие только могла предложить его память, которая, как известно, никогда не подводила старого гнома.

Не раз еще кружки пустели и наполнялись, не раз еще трактирщику приходилось спускаться в погреб за выпивкой и съестным, и всё ради весёлой компании гномов, а Таг никак не мог наговориться.

Временами Род и Мартин пытались поправить друга или добавить что-то к его рассказу, что непременно приводило к долгим и шумным спорам, которые, зачастую, касались совсем несущественных вещей. Нильс прятал улыбку, когда гномы всерьёз принялись спорить о том, какого числа они отправились в Марьландар в прошлом году и какого цвета была накидка у Мартина, когда тот справлял последний день рождения. Под конец вечера Таг совсем запутался и принялся рассказывать истории, которые Нильс уже слышал — а иной раз и принимал в них непосредственное участие — а несколько случаев вспоминал по два раза. И только когда старый гном принялся клевать носом, его друзья решили, что теперь-то уж можно расходиться.

Нельзя сказать, чтобы Нильс уходил спать счастливым, но всё-таки гномам почти удалось победить тоску, свернувшуюся холодной змеёй на сердце рыцаря.

***

Буран не стихал следующие два дня. Нильс ходил из угла в угол, словно загнанный зверь, не зная, чем себя занять и смотрел на трактирщика, словно это он управляет погодой.

Рыцарь нервничал, и даже весёлые гномы не могли развеять его тревогу.

Рыцарь вспомнил, как торопился сбежать со свадьбы друга, чтобы поскорей отправиться в путь.

Рыцарь до сих пор чувствовал себя виноватым за внезапный отъезд, хоть знал, что друг не держит на него обиды, только его жена чуточку недовольно сказала что-то о Правилах.

И стоило так спешить, чтобы застрять в Маранде!

***

На третий день буран закончился так же внезапно, как и начался. Сначала Нильсу показалось, что это какой-то обман зрения: еще минуту назад невозможно было увидеть соседнего дома, и тут вдруг ни одной падающей снежинки, более того — ни единого облачка на вечернем небе, в котором уже начали зажигаться первые звёзды.