Черные банкиры

 — Когда?

— Наглоталась наркотиков.

— Редкий случай. Если не ошибаюсь, ее бывший супруг — тоже?

— Вот именно. Просто голова кругом идет.

— И что ты собираешься предпринять по этому поводу? — нетерпеливо спросил Грязнов. — Это же был твой самый важный участник и свидетель преступлений! Неужели провал?

— Да, — согласился Турецкий. — Вот по этому поводу у меня есть предложение, Слава. Бережковой приносила вчера передачу некая Суркова. Дай задание Саватееву разыскать эту особу и побеседовать с нею лично.

Только, пожалуйста, не вызывайте повесткой, пусть он подъедет сам. У меня нехорошее предчувствие: наши свидетели исчезают, как только мы ими начинаем интересоваться.

— Будет сделано.

— А что с пожаром?

— Ничего утешительного. По заключению пожарных, взорвались баллоны с газом. Там выгорело все. Огонь, знаешь ли, здорово заметает следы. От недвижимости одни обгорелые стены остались.

— Кроме мальчишек, видевших поджигателей в масках, больше никаких свидетелей не обнаружилось?

— Нет.

Так что получается обычная бытовуха. А теперь и счет, оказывается, предъявлять некому.

— Мне, Слава, надо собраться с духом и дочитать этот кошмар — материалы дела по банку «Ресурс». Я больше не могу терять время на изучение документов. Картины в целом не вижу. А у нас тем временем свидетелей убивают.

— Хорошо, Николай сегодня же выудит эту твою Суркову.

10

Женщина стояла на пороге и бессмысленно улыбалась. Потом протянула руки к Саватееву, обняла за шею и томно прошептала:

— Ангелочек ты мой маленький, я жду тебя целую вечность.

— Вы Суркова Марина Демьяновна? — спросил строго Николай, отводя ее руки.

— Я это, душа моя. Понимаю, входи. Эта лестница… соседки, собаки, кошки, мышки…

Она отступила в прихожую, пропуская мужчину. Саватеев заколебался: женщина явно наглоталась наркотиков и вряд ли сейчас способна дать какие-либо показания, но с другой стороны, возможно, именно в таком состоянии она сможет сказать то, о чем побоялась бы и подумать на трезвую голову.

— Кто у вас в квартире? — на всякий случай спросил он.

— Только я и ты, родной. Я видела тебя сегодня во сне, ты летел ко мне на ангельских крыльях.

— Марина Демьяновна, а вы не принимаете ли меня за кого-то знакомого?

— Я же говорю, что видела тебя во сне! И вдруг — наяву. Чудеса, правда?

Саватеев наконец переступил порог и оказался в прихожей. В квартире было необычно холодно.