Песня для Зимы

Часть растыкал по веткам, украшающим комнату. Еще часть отправилась мерцать серебром между игрушками на лапах ели. Вышло очень даже симпатично. Словно волшебную птицу ощипали, а потом спохватились и придали цивилизованный вид.

— То, что нужно! — я отсалютовала буке бокалом с ягодным напитком и вгрызалась в кусок сладкого и ароматного пирога.

И тут ко мне подпорхнула бабочка.

— Вот ты почему такая! — почавкала я, отставляя бокал и вытягивая руку.

Зеленая красавица села на палец. Ее крылья то распахивались, то закрывались, обсыпая ладонь магическими искрами, такими же как волшебство Алекса, волшебство лета! Как я могла не видеть явного?

Он… именно он заставил куколку стать бабочкой.

А потом списал все на эксперименты и климат — и я поверила.

И отсутствие стражей меня не насторожило, а обрадовало. Я так хотела получить свидетельство и стать полноценным магом. Как можно было быть такой глупой?

Алекс наверняка веселился, когда я боялась, что его рассекретят! Я рассказывала ему о мире, он все знал и молчал.

А музыка? Был ли его выбор между правильным и тем, ради чего дышишь, на самом деле или это тоже была игра в бедного-несчастного музыканта? Нет? Да?

Хоть что-то должно быть настоящим?!

Или все ложь? От первого взгляда до поцелуя?

Я потянулась за новым куском пирога. Глядя на пламя камина, пробовала одно блюдо со стола за другим. Старалась выбирать те, где много сахара. Но либо я неправильно пользовалась методом подруг, либо еда была недостаточно сладкой. На душе легче не становилось. А голове царил такой кавардак, что не под силу сотворить даже самому сильному бурану!

Утро я встретила, сидя на диване: есть больше сил не было, думать тоже.

Доковыляв до комнаты, я завалилась на кровать. И тут, наконец, помог сладкий метод лечения — меня вырубило.

Проснулась от настойчивого стука в дверь:

— Еля, ты как там? — обеспокоенно спросила мама.

Бука сдал меня родителям — отлично! Не придется дважды объяснять, что случилось и откуда в доме нашествие земной новогодней атрибутики.

— Еля?

— Все отлично, мам! Я в порядке, сплю! — звонко зевнув, я закрыла глаза.

Какая-то странная реакция на сладости? Или это не на них? Да какая разница?! Запихнув голову под подушку, я отключилась.

Разбудила меня мама, погладив по волосам, поставила на кровать поднос.

— Ма! Я неголодная.

— Ешь, иначе сяду рядом и буду читать нотации, — голубые глаза мамы лучились теплом.

— О том, какая я глупая? — Я потянулась за бутербродом.

— Нет, Еля, неопытная, юная. Ешь.