Демокракула

– Ага, значит вы признаёте, что вы агрессор! Они признают! – кричит граф.

– Ваша логика не перестаёт удивлять, – вздыхает глава стражей и надевает шлем. – Разговор окончен.

– Сышали?! Слышали?! – истерит Демокракула. – Они отказываются вести диалог со всем миром! Я задал простой вопрос, а они!.. Я не понял, ты почему улыбаешься?

Адресованный мне вопрос застаёт врасплох. Я и сам не успел заметить, что улыбнулся, но ответ есть.

– Видите ли, граф, по-моему, они просто не обращают на вас внимания.

– Что? О чём?.

.

Остаётся только указать в сторону стражи. Сначала граф теряется, но потом замечает, что забор царицы придвинулся и расположился ещё ближе, а перед ним рядами выстроились стражники, не подпускающие ни одного противника.

– Они готовятся к атаке! – вопит граф.

– Очевидно, что они заняли оборону, – не удерживаюсь от комментария.

– Вот именно! А зачем? Чтобы потом пойти в атаку! Слушайте все! Мы должны! Мы обязаны!.. Весь мир!..

Оглядываюсь в сторону царского забора и вдруг понимаю, что и сам не прочь там оказаться.

Если бы не сестра в поместье графа, то давно бы уже это сделал. И, как и стражникам, совсем не хочется слушать, что за бред несёт Демокракула. Кажется, им, как никому, ясно, что слушать его совершенно бесполезно.

Глава 16 - Смертельная выгода

Противостояние, наконец, достигает какого-то баланса. Забор останавливается на определённой границе, дальше не движется, но и стражники царицы не пытаются наступать. Теперь они занимают позиции, готовые встречать противника.

Тут граф что-то шепчет на ушко Щетинко, после чего тот начинает бегать вокруг от одного зеваки к другому с криками:

– У, сейчас как наподдам им! Сейчас как пойду в атаку!.. Подайте, Христа ради, люди добрые, на защиту суверенитета и государственной гнидости…

– Гидности, идиот! ГИДНОСТИ! – орёт ему Демокракула.

Щетинко кивает и продолжает тянуть зевакам шапку с подаяниями.

Некоторое время приходится ждать. Работой граф не спешит загрузить, всё больше делами занимается сам.

Трудно даже сказать, плохо это или хорошо. Радостно не участвовать в этом безумии, или хотя бы даже участвовать как можно меньше, но не окажется ли внезапно, что ни я, ни моя сестра больше не нужны? Вдруг однажды мы станем одними из тех исчезнувших за ненадобностью.

Как бы там ни было, но сейчас внимание графа больше направленно на какие-то посторонние вещи.

Быстро становится ясно, на какие именно. Демокракула даёт знак и один из гостей подходит ближе.