Демокракула

– И всё же, – продолжает граф, – нам нужно придумать что-то…

– Неужели вы хотите сказать, что… они не проигрывают?

– Что?! Нет! – смеётся Демокракула. – Конечно, проигрывают!

– Но вы говорили, что они уже на грани развала, что ещё немного, и мы…

– Они и так на грани развала! – смеётся граф, продолжая настаивать. – Ещё немного, и мы… просто сколько это «немного»? Всё относительно, друг мой. Ещё чуть-чуть… и вообще, это не мы говорили, это они говорили. Они говорили, что сейчас возьмут просто за два дня… ха-ха! Силёнок маловато! Видите? Они не смогли.

А почему? Да потому, что мы слишком сильны, мы им не позволили!..

Толпа высоких чинов, приехавших на собственных каретах, короли, королевы, королевики и все несколько сотен названий чинов, обозначающих одно и тоже понятие «главный», слегка недоумевают. Этого объяснения им недостаточно. Особенно на фоне того, что граф уже надорвал штаны, пытаясь помогать сразу на два фронта.

Больше того, происходящее с другой стороны начинает интересовать людей гораздо сильнее.

Вся толпа высокопоставленных чинов отворачивается. И только граф не отводит взгляд, только он смотрит с ненавистью на застывший недвижимо забор – почти единственную границу могущества Демокракулы.

В этот момент и подбегает Щетинко.

– Ну шо опять?! – разводит он руками. – Почему никто не смотрит?! Я для кого стараюся?! Да мне оно и не надо вообще…

– А ну закрой рот, болван, – коротко бросает граф, после чего мужчина смолкает моментально.

Заговаривать вновь он не решается сразу, мнётся и делает это только спустя пару десятков секунд.

– Но ведь никто же не смотрит… а этот разве хорошо? Смотрите, какие зверства они со мной творят своими щитами, нет, посмотрите, – демонстрирует он разбитый лоб. – Это же не люди – это животные! Вы посмотрите, как они разбили мне голову…

– Переживёшь. Иди, бейся дальше. Вот тебе печенька за хорошее поведение.

И получив новую дозу мучного наркотика, Щетинко отправляется назад, продолжать разбивать голову о бессердечные, жестокие, даже бесчеловечные щиты стражников, которые не отступают перед его желанием о них удариться.

– Хотя… странно, – вдруг заговаривает граф, оставшись со мной наедине. – Как они до сих пор не сдохли? Я использовал против них всё оружие света.

Странно, потому что вопроса об этом не было. Да и вообще, говорить хотелось бы как можно меньше. Правда, тут уже любопытство не даёт закрыть глаза на озвученное.

– Оружие света?

– Оружие света, – спокойно повторяет граф.