Дракон, единорог и прочие пегасы

Мы некоторое время стояли и смотрели на любопытных зверей, затем какой-то шорох их испугал и они бросились наутек. Арчи обиженно глянул на нас и переставал гарцевать.

— Вы мне всю дипломатию испортили! — буркнул Арчи, превратился в человека и пошел за дровами.

— Ты же их терпеть не можешь, — удивился Ринек, бросая свою сумку в мою палатку. О ненависти — и ревности, когда речь шла обо мне — к ездовым животным у дракона знали все в семье.

— Фалли смешная, — небрежно отозвался Арчи из чащи. — Ее забавляют мои финты.

— Ты что ей имя дал? — тут уже и я удивилась.

Но Арчи сделал вид, что не слышал вопроса и деловито шуршал в роще в поисках дров. Я ехидно глянула на Рина, но тот лишь покачал головой — дескать, не мешай дипломатии. Я тихо шепнула брату: — Ощущение, что все вокруг свихнулись... и это ты еще про единорога историю не слышал, сейчас расскажу...

Мы сидели у костра и обедали, иногда прерываясь на смех, потому что я рассказывала брату, как прошли последние сутки.

— Прости, — вытирая слезы, проговорил Ринек.

— Я не думал, что назначение в порт на заказы приведет тебя сюда и в такую ситуацию... Серьезно, я бы дал это задание Гедеону.

— О! — я легла на подстилку и положила голову на колени брату. Волосы уже высохли, солнце стояло высоко над кронами деревьев, а по небу плыли легкие пушистые облака. — Я бы все отдала за возможность провести время в Баронатах вместо него. Устраивала бы нагоняи кузнецам и торговцам за плохое оружие, выбирала бы клинки... мечта! Не люблю фермерство, селекцию, животноводство.

.. и очень не люблю, когда мне делают мозги.

— Давай уедем вместе в странствия, через пару лет, как разгребем завал с заказами? Сейчас действительно тяжко, в Союз за эти годы вошло более тринадцати новых миров, у нас даже кораблей не хватает для торговли, не то что свободных рук...

Ринек рассказывал о новостях нашей страны и рассеянно поглаживал меня по волосам. Я перехватила его ладонь и прижалась к ней щекой. Его руки пахли чем-то теплым — дымом от костра, въевшейся в кожу пастой для чистки металла или просто им самим, таким родным и любимым.

Рин наклонился, поцеловал меня в лоб и проговорил:

— Но что мы все о делах? Давай поговорим о чем-нибудь другом...

— О других делах? — со смешком спросила я.

— Ты же знаешь, что это я приручил первого пегаса? — спросил брат, показывая на край поляны, где мирно пасся крылатый скакун. Белоснежный, сильный, с умными глазами и огромными крыльями, сложенными за спиной. — Давным-давно, почти тысячу лет назад.